– Это – очень плохая идея, – послышался шепот, а я вздохнула, понимая, что эльфы с нас не слезут. «Ну!!!!», – орали они наперебой, а я чуть-чуть подалась вперед, закрывая глаза. Он мне совсем не нравится! Почему я должна с ним целоваться? А с другой стороны что-то мне нашептывало, что уже не помню, когда целовалась в последний раз. Я чувствовала его дыхание на губах, а потом осторожное прикосновение его губ к моим губам. Дон склонился надо мной, а мне почему-то стало как-то не по себе. Чувство какой-то тревоги и страха не покидало меня. Что это значит? В последний момент я попыталась вырваться, чувствуя, как внутри меня нарастает какой-то безотчетный страх. Что-то внутри меня шептало: «Не надо, пожалуйста! Не надо! Я не хочу!», и это что-то было настолько напугано, что эта паника передалась мне.

В тот момент, когда его губы прижались к моим, грянул гром и поднялся страшный ветер дернувший своим порывом мои волосы. Удар грома был настолько неожиданным, что сердце оборвалось и безвольно повисло в грудной клетке на каком-то жалком сосудике, раскачиваясь, как маятник. В небе громыхало, а даже сквозь закрытые веки, я видела, как что-то сверкнуло. Яркая вспышка молнии, еще один раскат грома, а его пальцы сжали мою одежду. Перепуганные эльфы орали: «Держите столы! Держите гирлянды! Держите меня!». Еще одно едва ощутимое прикосновение к моим губам и все резко стихло так, словно ничего и не было. Ветер, который чуть не вырвал мне волосы, тут же прекратился, а я почувствовала, как Дон убирает руку с моей талии.

– Я же говорил, что это – плохая идея, – однобоко усмехнулся он, пока у меня в крови бушевало море адреналина.

– Э-э-э…, – произнес старейшина, глядя, как невеста пытается приладить фату обратно, а светлячки по пьяной траектории пытаются вернуться на месте.

– Чуть морковку не унесло! – возмущались эльфы, поглядывая в небо и поправляя гирлянды.

– Ты как это сделал? – спросила я, поймав его взгляд в тот момент, когда Дон снова посмотрел на часы.

– Это сделал не я. Это сделала ты. Твое благословение обернулось для тебя проклятьем, – произнес он, глядя, как эльфы поправляют декорации, опасливо поглядывая по сторонам. Старейшина что-то шептал, простирая руки в небо, но пока что ему никто не отвечал. – Твоим вопросом занимается хороший юрист. Я бы даже сказал, самый лучший во всех мирах!

Я смотрела на него, чувствуя, какую-то странную надежду, которая на мгновенье озарило мое сердце.

– Можете обменяться венками! – произнес старейшина, обращаясь к молодым, а те надели друг на друга венки и скрепили обет поцелуем.

Почему мне так неловко? Я чувствовала, что мне действительно как-то неуютно и почему-то стыдно. Я даже представить себе не могла, что придется целоваться с ним. Гости усаживались за столы, а Дон почему-то снова посмотрел на время и тяжело вздохнул.

– Молодых мы поздравляем, счастья в браке пожелаем! Пусть минует дом беда! И любовь царит всегда! – я достала сценарий и улыбнулась, но эльфы не обратили на меня никакого внимания, налегая на морковку и капусту и разговаривая о чем-то своем. – Пусть любви не будет мало. Вместе до волос седых! Поднимаем мы бокалы, выпьем же за молодых!

Видимо в искусстве игнорирования эльфы достигли таких небывалых высот, что не обратили на меня никакого внимания. Марина смотрела на меня недовольным взглядом, глядя, как ее жених пересел к свидетелю, и они там обсуждают какого демона-ректора, но мы таких институтов не кончали, поэтому пытались исправить ситуацию. Судя по некоторым жестам, напоминающим выдержки из «Камасутры», у жениха сто процентов нет высшего образования. А судя по последнему жесту свидетеля и испуганным глазами жениха, он ограничится веночно-цветочным колледжем.

Марина встала из-за стола, откуда слышалось: «Передайте мне еще вон ту… как ее… морковку!», и направилась ко мне с бокалом в руке.

– Смотри! – икнула она, хрустя морковкой и запивая из бокала. – Сейчас меня похищать должны! Потом конкурсы и танцы! И обязательно жених должен выпить из туфельки невесты!

– Я смотрю, что они не очень настроены на конкурсы, – ответила я, глядя на стол. – Может, попозже? Когда наедятся и все обсудят?

– Они так и просидят до утра, напьются, переругаются, а потом разойдутся по домам! Мы уже были на одной эльфийской свадьбе! Потом еще неделю обсуждали, как уныло и скучно на ней было! Поэтому я вас и пригласила! – Марина предложила мне вино, но я отказалась. – Да ты что! Это же эльфийское вино из роз! Ты такого в жизни не пила! Ну не хочешь, а зря! Смотри! Сейчас меня как бы похищают! А ты такая: «Ой! Похитили нашу невесту!». Короче, если что, я за двадцать восьмой елкой!

Белое платье Марины растворялось в лесу, а я осталась прикрывать тяжелой артиллерией своих стишков ее отступление, которое никто не заметил.

– Где невестушка? Пропала! Может быть, под стол упала? – начала я громко, подглядывая в сценарий. – Вдруг со свадьбой поспешила? Вдруг сбежать она решила? Ай, жених! Как ты посмел? Как невесту проглядел? Как позволил ей сбежать? Где теперь ее искать?

Эльфы со скучающими лицами обсуждали свадьбу, которая была до этой, соглашаясь друг с другом, что такого скучного торжества, как это они еще не видели. А вот свадьба, где гости перепили грибного чая – вот это была свадьба! Уже двести лет прошло, а ее до сих пор помнят!

Я бросила сценарий Дону, решительно идя к жениху. Свидетель сидел за столом, рассказывая про демоническую магию, про то, как сначала на тебя смотрит нормальный мужик, а через минуту … а-а-а-ад!

– Караул! – закричала я. – Невесту похитили! Что делать будем!

Эльфы на меня посмотрели, намекая, что подарили мне недавно шапку-невидимку, и удивляются, почему я ею не пользуюсь!

– Скучная свадьба, – вздохнула какая-то эльфийка, уныло пробуя морковку. – Прямо, как у всех… А Мариэль говорила, что будет что-то интересное! Да, грустно…