— Как-то, господин Инквизитор, довольно странно. Но, наверное, всё же, соглашусь. Вы спросили моё мнение, а это как-то даже непривычным стало за последние десятилетия, — с горечью ухмыльнулся он. — Так что, господин Инквизитор, я буду для вас гадать, — решительно кивнул он.

— Вот и замечательно, Корин. К аколитам я традиционно обращаюсь по именам, как и они ко мне, — уточнил я. — С вами побеседуют, введут в курс дела, устроят, но это несколько позже, — алчно сиял я очами.

— А сейчас, господин Терентий? — с опасением воззрился на меня скрипач.

— А сейчас мы направимся к механикусам. Генеторы проверят ваше здоровье, возможно порекомендуют что-то там. Это нужно и полезно, — веско покивал я. — И ещё, Корин… ваша скрипка, — голосом зомби, алчущего мозгов выдал я. — Покажите её механикусам, сыграете несколько гамм. Это нужно, — веско покивал я.

После чего с демоническим гоготом подхватил дядьку и Кристину подмышку и ускакал к Эльдингу.

— Мне нужен инструмент, аналогичный, возможно даже получше этого, Эльдинг, — через час вещал я. — Корин, исполните несколько нот, — на что заобследованный дядька ошалело выполнил потребное.

— Теоретически возможно, — осторожно ответил артизан. — Гамма понятна, щипковый инструмент и цепляло…

— Смычок, Эльдинг, — уточнил я.

— Да, Терентий, пусть будет смычок, — кивнул люминен. — Корин, будьте любезны исполнить несколько композиций, нужны записи и параметры звука. А после предоставьте образец, — на что дядька вцепился в скрипку. — Ненадолго, повреждений нанесено не будет, как и не будет производиться разбор инструмента, — слегка улыбнулся он, подметив реакцию. — Замеры, материалы, только внешнее изучение.

В общем, за неделю проб и ошибок, была сотворена вполне пристойная скрипка, специально под Кристину, а у меня с Котофеем… начался адский ад.

Дело в том, что у Кристины, как-то так сложилось, не было своих апартаментов. Мы с самого её появления жили у меня, для начала просто деля одно весьма обширное и многокомнатное помещение. В общем, занятия скрипкой, по паре часов каждый день, происходили у меня. Причём, варп подери, ну не мог же я, чуть ли не силком принудивший девицу, убегать во время репетиций! И выделять отдельное помещение некрасиво. Так что Котофей весьма аутентично вторил кристининым аккордам пару минут, а потом покидал апартаменты. А я оставался и тренировал волю.

Нет, девица училась довольно быстро: и опыт умения игры вообще сказывался, да и изначальный аспект демонетки довольно близок музыкальному исполнению, помимо всего прочего. Моя же энергия поменяла “наполнение”, но не “форму”.

Но первое время звуки, извлекаемые тереньтеткой, более напоминали Котофея, неудачно подвернувшегося мне под ногу во тьме ночной. Два, чтоб его, часа! И каждый день… Но я справился и превозмог.

А к концу недели звуки стали более или менее удобоваримым, даже джиринкс не убегал в ужасе.

В остальном же картина на Милосердии была довольно привычной: тренировки, время от времени даваемые концерты, хотя и тут вышла некоторая засада, хорошо что на репетиции. Итак, моя прелесть, который орган, имел трёхрядную, довольно обширную клавиатуру и две дюжины педалей-переключателей. То есть, для полноценной игры, мне нужно было сидеть по центру, стандартное "деление клавиатуры на две части" для четырёхрукой игры тут не годилось. Но, я Кристине обещал, так что решили попробовать. Результат понравился нам обоим, но вдвоём мы будем играть ТОЛЬКО наедине. Дело в том, что единственный способ деления клавиатуры, при условии пребывания меня по центру, был на три части, с выделением Кристине центральной. И сидела, при этом, девица располагалась у меня даже не на коленях, поскольку ноги были задействованы в игре… В общем, как совместное времяпрепровождение, нам безоговорочно понравилось, да.

В остальном же каких-то пертурбаций не случилось, даже Лапка, осложнений с которой я ждал, хоть и смущалась на тренировках первое время, но успокоилась. Так что жизнь вошла в стандартную “перелётную” колею.

Правда, тренировки проходили без оперативников — я выполнил данное себе обещание, направив парней в цепкие лапы механикусов Эльдинга на тему аугментации. И в плане боевых имплантов, а главное — защитных, чтоб не вырубались, как гимназистки, от снотворных всяческих.

Да и не столь долгим было время в пути, к слову: “пинок” варп-бури, точнее ускорение приданное Кристиной в процессе её прохода, ограничило наш перелёт до Капра Мунди двумя неделями. Ну а в самой системе, на чистом автомате отвечая на бесконечные вопросы “кто вы и как вас стереть с лица галактики?” кодом Инквизитора, затеял я мини-совещание с аколитами. Боррини, взирая на нашу орду на мостике, желчно полюбопытствовал, не угодно ли почтенному господину Терентию, чтобы на боевом мостике были поставлены ложа, столы для яств и прочие излишества.

— Не угодно, Франциск. И да, я прекрасно понимаю ваше возмущение, кстати, на самом деле не помешало бы некоторое смежное с мостиком помещение, — признал я, а пока Боррини наливался багровым цветом и мыслил словеса непрельстивые, продолжил. — Ну а что вы хотите, Франциск? Так сложилось, что вы мой аколит, но и капитан корабля. Отлучиться вы не можете, а проводить совещания без вас неверно и неэтично. Не говоря о том, что ряд совещаний может быть проведен ТОЛЬКО на мостике, сами знаете наши ситуации, — на что капитан задумчиво покивал.