Брэди не удивился тому, что ему не сказали и толики правды. Только то, что он и так знал, отец Гуннера был козлом. Брэди видел за это время слишком много. Я думала, что Гуннер хотел поделиться с ним больше, чем со мной. Но это оказалось не так.

Мы не успели в школу к обеду, но успели на урок сразу после него. Класс, казалось, не возражал против наших оправданий, а поскольку я была с Гуннером, то мое опоздание мне тоже сошло с рук. Если бы я опоздала одна, меня бы обаятельно отстранили от занятий.

И только когда мы шли в класс, Гуннер понял, что вчера он забыл про меня. После всего, что случилось, я и сама забылась.

— Дерьмо, — сказал он, останавливая грузовик и хлопнув себя по лбу. Я подумала, что он забыл домашнее задание или футболку.

— Что? спросила я.

Он посмотрел на меня нахмурившись.

— Как ты вчера добралась до дома?

— Пешком.

— Проклятье, — пробормотал он. — Прости, Уилла. Ретт приехал за мной в школу, чтобы отвезти на встречу с отцом, для меня это было так неожиданно, что я совершенно забыл.

Я пожала плечами, потому что по сравнению с его последними сутками, то, что я дошла домой пешком, вообще не шло ни в какое сравнение. Особенно после всего, через что он прошел, я не хотела, чтобы он чувствовал себя виноватым передо мной. Если бы я могла решить все его проблемы, я бы это сделала. Но я старалась не думать об этом.

— Все в порядке, твой день был трудным, а у меня была хорошая тренировка.

Он покачал головой, все еще злясь на себя.

— Я больше так делать не буду. Клянусь.

— Да, ладно тебе, ничего страшного. Я наслаждалась прогулкой, — это было не совсем так, но я не хотела, чтобы он чувствовал себя еще хуже.

— Перестань меня утешать. Не получится, — проворчал он.

Мне нечего было на это ответить, поэтому я ничего не сказала.

Он повел меня к кабинету, но не успели мы приблизиться к нему и на пять дверей, как он остановился и открыл дверь в темную комнату, затем взял меня за руку и втащил во внутрь.

— Что? — растерянно спросила я, когда дверь за мной закрылась.

Гуннер отпустил мое запястье, затем его рука скользнула вверх, чтобы обхватить мое лицо. Свет из коридора едва попадал в помещение, и я практически ничего не видела. Я увидела лишь лицо Гуннера, который наклонился ко мне. Я знала, что сейчас произойдет, и все внутри у меня затрепетало от возбуждения как раз перед тем, как его губы коснулись моих.

Он мягко провел губами по моим. Нежное прикосновение вызвало у меня вздох, и Гуннер поспешил воспользоваться этим моментом, чтобы скользнуть внутрь, дотронувшись своим языком до моего. Я сжала его предплечья, держала его и притягивала его к себе, все ближе. Но я точно не поняла, что я делала, потому что я моем мозгу был фейерверк и искры.

Такого я не ожидала, но и не хотела, чтобы это заканчивалось. Мятный вкус его жвачки смешался с моим, и я наклонилась ближе, чтобы вдохнуть его. Я почувствовала прикосновение его твердой груди.

Холодный воздух коснулся моих влажных, распухших губ. Я открыла глаза и увидела, как Гуннер отступил от меня. Он смотрел на меня с удивлением, оно было мне понятно, потому что я чувствовала тоже самое. Только что между нами возникла связь, и я хотела быть еще ближе к нему. Впитать его целиком и никогда не отпускать.

Я почувствовала завершение.

Я была идиоткой.

Потому что как раз в тот момент, когда я переваривала то, что произошло, Гуннер открыл дверь и оставил меня. Одну и в темноте.

Сбегать после поцелуя — плохой знак. Именно так я и поступила с Брэди. Меня настигла расплата? Вселенная показывает мне, каково это? Потому что, если Брэди чувствовал то же самое, я должна была извиниться перед ним. Мне бы не хотелось чувствовать это вновь. Больше никогда. Целовать Брэди было приятно. Поцелуй Гуннера перевернул мой мир.

Брэди, встретил меня у шкафчика в конце дня.

— Гуннер спросил смогу ли я подвезти тебя домой. Ему нужно кое-что сделать перед тренировкой.

Он избегал меня. Это было больно. Очень.

Я кивнула и проглотила комок, который уже образовался в горле.

— Хорошо, спасибо. Я могу пройтись сама, если тебе нужно на тренировку.

Он покачал головой.

— Нет. У меня полно времени.

Я сомневалась, что у него было много времени, но спорить не стала, потому что у меня свело живот. Я просто хотела домой. Обратно в спальню. Остаться одной. Там, где я должна была остаться вместо того, чтобы сновать открыться и завязать дружбу. Особенно с Гуннером Лоутоном.