– Я хочу выйти, – сообщаю Тиму.

– Да брось ты, осень пройдет, а вместе с ней и депрессняк, – подкалывает меня друг.

– Нет, я серьезно. Надоело это все, драйв прошел. Это в девятнадцать казалось круто: деньги, приключения, я – плохой мальчик, вокруг которого вьются девочки. В общем, мозгов совсем не было, а сейчас…

Девушка, наконец, поворачивается ко мне, и я вижу красивые аккуратные губы, выразительные глаза и необычную внешность. Она явно метиска, похожа на француженку или итальянку, такая жгучая, манящая женщина. Красивая, неземная, будто из другого мира. Такая утонченная, женственная, жесты плавные, спина ровная и вздернутый подбородок, будто ее обучали в школе для благородных девиц.

– А сейчас ума прибавилось. Решил стать законопослушным? – приводит меня в себя Тимоха.

– А сейчас я просто хочу выйти… Надоело.

– Ты же знаешь, что просто так Север только на кладбище отпускает.

– Знаю. Я выйду не просто так…

Одета девушка со вкусом, явно владелица магазина. «Анита» – читаю название на вывеске и улыбаюсь, когда она топает ногой, потому что монтажники ее не понимают. На вид ей лет двадцать. И я очень надеюсь, что она золотая девочка, а не любовница какого-нибудь состоятельного мужика. В ее возрасте просто так магазин на этой улице не откроешь.

– Ммм, вот на кого тебя потянуло, – толкает меня в плечо Тим. – На принцесс. Ты прям залип на ней. Спорим, она даже не посмотрит в твою сторону. Такие «девочки» ищут себе дяденек в костюмах и с нефтяной вышкой, ну или их сыновей.

– Дело не в кошельке, а в природном обаянии, – усмехаюсь я, смотря, как девушка надувает красивые губы.

Ловлю себя на мысли, что хочу попробовать эту зайку. Узнать, какая она на вкус и чем пахнет. У меня такой маленький пунктик или фетиш – с ума схожу по вкусным девочкам. Какая бы женщина ни была красавица, если мне не понравился ее запах и вкус, я забуду про эту девушку в ту же секунду.

– Спорим на пятихатку, что я ее сейчас поцелую?

– Спорим, – усмехается Тим.

Я выхожу из машины, иду к ней, а у самого пульс зашкаливает и адреналин в кровь выбрасывается. Давно меня так девочка с первого взгляда не цепляла, и это так будоражит… Подхожу сзади, хватаю ее за плечи, разворачиваю и заглядываю в удивленные карие глаза.

– Привет, зайка.

Глубоко вдыхаю ее запах, и внутри что-то взрывается от восторга: пахнет ванилью и спелыми фруктами – персиками, грушами. Умопомрачительный запах! Она что-то произносит не по-русски, но мне некогда разбираться, я внаглую зарываюсь пятерней в шелковистые волосы и целую ее, пока не опомнилась. Я в раю – девочка очень вкусная, сладкая. Губы теплые, мягкие, нежные. Она не отвечает, выдыхает мне в рот, но не сопротивляется. Тело реагирует мгновенно: мышцы напрягаются, кидает в жар от возбуждения. Мне кажется, я вечность искал именно эти губы и этот запах.

– Так и знал, что ты вкусная, зайка, – шепчу ей, одурманенный.

Девушка приходит в себя и толкает меня в грудь, а меня током прошибает от ее прикосновения. Хочется еще и еще, но я отступаю, встречая ее злой от возмущения взгляд.

– Что вы себе позволяете! – выкрикивает она.

Бл*дь! Меня возбуждает ее акцент! Никогда не слышал ничего сексуальнее. Хочу, чтобы кричала мое имя этим голосом с особенным акцентом, пока я буду ласкать ее, воруя оргазмы, присваивая их себе. Я хочу эту девушку, кем бы она ни была!

Анита

– Откуда ты зайка? – парень не обращает внимания на мои возмущения и смотрит горящими голубыми глазами. Смотрит так, словно я перед ним голая – такой наглый, дерзкий взгляд.

– Отойдите от меня! – выставляю руку вперёд, потому что он опять нарушает мое личное пространство. Оглядываюсь по сторонам, ища защиты, но рабочие только усмехаются, как будто это в порядке вещей. Может, здесь так принято, но я к этому не привыкла.

– Не бойся, сладкая, дай номер телефона, – просит он, ловит мой локон и накручивает его себе на палец.

– Я подам на вас в суд за домогательство! – заявляю, вызывая смех парня.

– Разве это домогательство, зайка? – спрашивает, поправляя непослушную длинную челку.

Если быть честной, то парень привлекательный: светлые волосы, голубоглазый с мужественными чертами лица и наглой ухмылкой на чувственных губах. На сильной шее ближе к уху татуировка черной латинской буквы «N». Под кожаной курткой белая футболка с рисунком черного ворона, обтягивающая торс, на груди болтается металлический кулон в виде жетона с цифрами, а на руке множество кожаных браслетов. Но его наглость и бестактность переходит границы моего понимания. Не успеваю ничего сообразить, как парень ловко выхватывает из моих рук телефон.

– Отдайте, это уже… – запинаюсь, потому что никак не могу вспомнить это слово на русском. А парню, кажется, весело, он играет со мной, ловко уклоняется, что-то пишет и делает дозвон на свой телефон.

– Спасибо за номер, сладкая, я позвоню, – возвращает аппарат. Вздрагиваю, когда позади нас сигналит машина. – Как тебя зовут? – спрашивает он.

– Никак, я вызываю полицию! – начинаю злиться.

– Извини, я бы, конечно, дождался с тобой ментов, было бы забавно послушать, в чем ты меня обвинишь, но мне пора. Поцелуешь на прощание? – спрашивает, кривовато улыбаясь, будто пытается сдержать смех.