Вернулась в кабинет и столкнулась с Санчесом уже в двери. Уткнулась в его плечо носом и отпрянула, подняв глаза. От него пахло потом, и был он в спортивном костюме. Бегал с утра, по красноватым щекам было заметно, что на улице.

— Ты что здесь делаешь? — громко и строго спросил он.

Я без слов вынула из кармана сложенный в несколько раз листок и отдала ему.

— Увольняюсь.

Сатир нахмурил брови. Прочитал мою писанину и порвал бумагу.

— Прежде чем любой договор подписывать, читай, — он был не в настроении. — Ты не имеешь права уволиться без моего разрешения. А я не разрешаю. И ещё, — глаза его недобро блеснули, губы сжались. — Ещё раз узнаю, что ты встречаешься с Владленом Деевым, будет плохо и тебе, и ему. Запрещаю! Видеться с этим ублюдком.

Я открыла рот, выпучила на него глаза. Откуда он узнал? Он следит за мной?

— Иди, работай! — выставил меня из кабинета в приёмную, где появилась Лолита Егоровна.

— Милечка, ты справишься сегодня без меня? — она снимала на ходу пальто. — Через полчаса господа приедут на встречу.

— Какие? — я села за стол и стала просматривать сайты, которые велено изучать каждое утро. Собрала почту, быстро на листочке записала все планы сатира на день. — У меня ничего не записано.

— Внепланово, так что смести встречу с отделом логистики на час или полтора. Отзвонись им.

Я сразу посмотрела в шпаргалку, набрала по внутреннему телефону отдел логистики и секретарю сообщила о переносе встречи.

Стены в кабинете босса звуконепроницаемые, но скрыть матерщину на испанском не смогли. Я с трудом спрятала улыбку.

Бедная Лолита застыла у моего рабочего стола, когда сатир в одних спортивках выбежал в приёмную. На мокрой голове тесто, брови белые, как у деда мороза. Он разъярённо подбежал к столу и ударил об него феном со всего маха, так, что несчастная техника разлетелась на куски, до одури напугав Лолиту Егоровну.

— Ты здесь до конца своих дней работать будешь!!! — заорал мне в лицо разъярённый сатир, накренившись над столом. — Новый фен мне, Солнышкова!!!

Он начал кричать на испанском. Язык, так сказать, не благозвучный для русского человека, но я поняла, что очень плохая девочка.

Пока он бушевал, я быстро в интернете открыла русско-испанский словарь и приблизительно посмотрела, кто я.

— Мелкая дрянь. Улитка в раковине? — я посмотрела на замолчавшего Санчеса. — А почему улитка?

— Александр Константинович, может, валерьяночки? — спросила дрожащим голосом Лолита.

Он выпрямился, ухватился руками за голову, стал дышать. И я заворожённо смотрела на косые мышцы, что тянулись от спины и выделялись на его смуглых боках. Санчес занимается спортом. У него обалденное тело. И я хочу к нему прикасаться.

— Ты пользуешься моей добротой, Эмилия, — тихо сказал он. — Наверно, Алексей прав, тебе надо в песочницу.

Оскорбление.

Очередное, но я его заслужила. Веду себя как ребёнок. Нельзя так. Он сейчас уйдёт такой красивый, напялит свой строгий костюм. Я уже передумала увольняться.

— Это не так, — обиженно заявила я и вскочила на ноги. — Александр Константинович, я справлюсь. И учиться заочно пойду со следующего года. Я больше не буду.

— Лола, фен и кресла в кабинет.

— Конечно, сейчас всё будет, — Лолита схватилась за телефон и стала набирать номер канцелярии.

Атмосфера была напряжённой, наэлектризованной и разрядке не подлежала. А всё потому, что приехали дорогие привилегированные гости. Таких солидных мужчин я даже в телевизоре не видела. Их вид, конечно, поражал. И хотя Никитин старший с двумя сыновьями тоже выглядели великолепно и импозантно, господа в дорогих костюмах с охраной заставляли сильно смущаться и робеть. И дело было не в их дорогой одежде, они распространяли вокруг себя волны вседозволенности, всевластия и могущества. Эта невидимая сила задавливала. Даже Лола, видавшая виды, немного струхнула, что говорить обо мне.

Мужчины встречались не в специальном зале, а в кабинете начальника юридического отдела, что означало — речь пойдёт о договорах поставок. И меня выбило из колеи именно проскочившее в тихой речи боссов «Склад».

Деев Ростислав Владленович был низкорослым упитанным стариком с седыми волосами и жутковатыми холодными глазами, серыми, как алюминиевые ложки. Его тяжёлый взгляд будто бульдозером проехался по приёмной и остановился на мне. Узкие губы чуть изогнулись в подобии улыбки. Ещё мгновение тяжёлого давления, и его лицо скрыла широкая спина Александра, он приглашал гостей в свой кабинет.

В приёмной осталась охрана Деева, и создавалось впечатление, что помещение заставили шкафами. Нам выдали кофе, который нужно заварить прибывшему нефтянику, и один из очень больших мужиков втиснулся в наш «домик», чтобы проследить за приготовлением кофе.

Варила кофе я. Достала большой поднос, высыпала принесённое гостями печенье. В это время Лола осмотрела верхний ящик, извлекла кубинские сигары в золотом футляре, там же лежала золотая сигарная гильотина для обрезки кончиков сигар. Я быстро сложила пепельницы на поднос рядом с чашками.