Подошел Эд, забрал посох, связал старцу руки.

— Мои люди помогут тебе идти, — успокаивающе сказал Ториш. Старик лишь согласно кивнул.

Когда сын Пекаря покончил со связываньем рук, начал обшаривать варваров. У старца он ничего не нашел, как и у девушки, а вот у мужчины обнаружился кинжал под шкурами. Эд забрал оружие себе. Я подобрал посох и короткое копье.

— Ну, двинули? — будто бы сам у себя спросил Пекарь. Потом обратился к северянам: — Я пойду первым, вы — сразу за мной.

Мы двинулись в обратный путь. Варвары беспрекословно следовали за Торишем. Не спрашивали, куда и зачем мы их тащим, и вообще вели себя очень тихо. Я, как обычно, шел замыкающим. Пришлось крутить головой вдвое чаще обычного. Вдруг все-таки засада?! Хотя опасности я не чуял.

В лагерь мы вернулись, когда уже окончательно стемнело. Нас уже ждали. Пайк не дурак и догадался выслать еще нескольких дозорных. Пленников провели сразу к основному костру.

— Как тебя зовут, старик? — спросил сержант. Он сразу понял, кто из пленников главный.

— Тригар, — устало ответил старик. — А это Бон и Ланита. Брат и сестра.

— Как малыша зовут? — спросил Пайк девушку.

— Не придумали еще имя, — робко ответила Ланита.

— Что ж, ладно. Сколько вас?! — сразу взял быка за рога сержант Пайк.

— Ты сам видишь. Четверо, — спокойно ответил старый северянин.

Пайк сощурился, глянул на Пекаря. Тот еле заметно кивнул в ответ. Сержант снова обратился к варварам.

— Допустим. Но что тогда вы, четверо, делаете так далеко на юге?

— Бежим, — просто ответил старик.

— Бежите? Хм! И от кого же?

— От Гвизаров.

Егеря зароптали. Да, о Гвизарах многие знали. Поговаривают, что это самое жестокое племя на севере, а еще говорят, что они людоеды. Я не склонен верить таким слухам и больше доверяю своему мечу, ведь на любого врага, даже самого свирепого, найдется хорошо заточенная сталь. Для меня лично странно другое: почему Гвизары забрались так далеко на юг. Они ведь, как известно, редко покидают свое насиженное место в северной оконечности гор Анрод.

Сержант, видимо, думал о том же, поэтому озвучил мои мысли вслух. Тригар ответил:

— Гвизары тоже бегут. Все бегут. Весь север пришел в движение. Только вот Гвизары еще и умудряются нагадить на своем пути, за ними тянется слишком кровавый след. Все поселения, что встречают на своем пути, они разоряют и сжигают. Людей убивают и съедают… — старик замолчал, переводя дух. Ему было тяжело говорить. Наконец, когда он передохнул, продолжил: — Нашу деревеньку они тоже уничтожили. Повезло только нам, мы сбежали. Всех остальных, тех, кого мы знали и любили, они пустили под нож. Съели, сделали из них запасы мяса на зиму.

Ланита тихо захныкала, зашмыгала носом. Бон сурово посмотрел на нее, обнял покрепче.

Сержант устало протер глаза, поправил шапку, спросил:

— От кого тогда бегут Гвизары? От кого, как ты говоришь, бежит весь север?

— От того, кто поселился далеко на север, — ответил Тригар.

— Мне надоели твои недомолвки! — рявкнул Пайк. — Назови его имя.

— О! Его никто не знает. Он пришел непонятно когда и непонятно откуда.

Сержант Пайк вздохнул, злобно сощурился и, словно змея, прошипел:

— И где же он поселился?

— В вашей самой дальней крепости. Там, куда не так давно прошел отряд один в один как ваш.

Мы все ошарашено молчали. Это что же получается? Последнюю Твердыню занял кто-то другой? Кто-то, от кого бегут самые свирепые племена севера?

— Ты видел наших ребят? — наконец заговорил Пайк. В его дрожащем голосе читалось нетерпение, а еще страх. — Когда? Что с ними?

— Я видел отряд воинов, похожих на вас, месяца полтора-два назад. Они шли на север. И назад они не возвращались, за это я ручаюсь.

Повисла мертвая тишина. Даже лошади перестали хрустеть овсом. Мы будто бы оказались в древнем склепе. И только лишь Тригар спокойно смотрел на нас. Он вздохнул и сказал:

— Эх, развязали бы вы нам руки. А, сынки? Не нас надо бояться и даже не Гвизаров. Бояться теперь надо настоящего врага.

Я вздрогнул.

Сержант Пайк встал со своего места, неторопливо прошелся вокруг костра, приказал:

— Пекарь, отведи пленников ко второму костру. Накорми их… И да, развяжи путы.

Мы занялись пленниками. Когда распоряжение сержанта было выполнено, снова вернулись к общему костру. Расселись на своих местах.