Гоер пожал плечами, схватил линь и спустя минуту уже стоял на дне колодца рядом с пилотом. Отсюда расходились три коридора, достаточно высокие, чтобы можно было идти, не наклоняя голову.

– Ну, сенсаций здесь нет, - сказал Гоер, когда они зажгли рефлекторы.

– Но есть радиация.

Пилот был прав. В шлеме опять горел огонек индикатора.

– Излучают стены?

– Нет, вон тот лом, - сказал пилот и осветил кучу искореженного металла, лежащего в нескольких метрах от устья коридора. И тут Гоер увидел хвататель, часть автомата. Его, вероятно, сильным ударом оторвали от корпуса - металлическая кисть была превращена в лепешку.

В этот момент Гоер услышал шаги. Это были тяжелые шаги, доносившиеся из глубины одного из коридоров.

– Там... там... видишь...
– Гоер осветил движущуюся массу в глубине коридора. Она медленно приближалась, касаясь стен чем-то напоминающим гибкие подвижные щупальца.

– У нас нет даже дезинтегратора, - сказал пилот, - не разрешили... почему не разрешили?
– проговорил он зло.

– Возвращаемся наверх?

– Не успеем. Автоматы проворнее нас и то не успели. Они прижались к стене колодца и ждали. Сначала из коридора высунулись щупальца и скользнули по их скафандрам, потом показался корпус. Два ряда мощных хватателей, прижатых к груди, слегка дрожали, ударяясь о панцирь.

– Это... это охранный автомат...
– сказал Гоер и еще сильнее прижался к стене.

– Что ты сказал?

– Это охранный автомат.

– Ты уверен?

– На моем космолете были такие же... может, менее совершенные...

– Наше счастье, - сказал пилот и решительным движением отвел в сторону коснувшееся его щупальце.

– Что... что ты делаешь?

– Пошли дальше.

– А это... этот автомат?

– Видишь, он ничего с нами не сделал. Автоматы, даже охранные, не дезинтегрируют людей.

– Ты думаешь, это земной автомат?

– Не думаю. У меня есть тому доказательства. Я прикоснулся к нему, а он не напал.

Гоер немного помолчал, потом спросил:

– Ты считаешь, что это земной автомат?

– Не я. Системы, принимающие решение.

– И поэтому сюда прилетели мы - люди?

– Да. Одни люди, без автоматов. Автоматы подвергались бы нападению, а случайно могло достаться и нам.

– Понимаю, - сказал Гоер.
– Но почему ты мне не сказал?

– Инструкция. Инструкция, которой я обязан придерживаться.

– Но зачем?

– Ты узнал этот автомат.

– Я?

– Конечно. Я никогда не видел подобных. Это модель, которой несколько сотен лет. Их форму не помнят даже наши мнемотроны.

– Так для этого нужен я, человек, возраст которого исчисляется веками?

– Браво, Гоер. Ты делаешь успехи.

– Но ты мог бы мне сказать...

– Я не мог тебе ничего навязывать.

– Ну да... Древний человек исполнил свою роль. Теперь ты отошлешь меня на слом?

– Не морочь мне голову. Надо осмотреть зонд.

– Зонд?

– Я так думаю. В твое время человечество посылало зонды ко всем звездам, расположенным неподалеку от солнечной системы. На них не было экипажей, потому что они шли со сверхскоростью. В то время системы подсветового привода были еще очень примитивны, и ни один человек не выдержал бы таких ускорений...

Они прошли до конца коридора, оканчивающегося шлюзом.

– Видишь, архаический входной шлюз, - сказал пилот.

Шлюз раскрылся, как только управляющие автоматы почувствовали присутствие людей.

– В ваше время достаточно было быть человеком и перед тобой открывались любые шлюзы. Наши автоматы не смогли бы сюда добраться, - сказал пилот.
– Если бы у нас были только автоматы, нам пришлось бы расколоть корабль пополам, чтобы проникнуть внутрь.

– А сейчас?

– Что сейчас?

– Разве недостаточно быть человеком?

– Достаточно. Только у человека столько обличий, что автоматы не всегда его распознают. В ваше время у человека была одна форма и эта форма была единственная во всем космосе.

Гоер взглянул на шкафы со скафандрами, расположенные вдоль стен, и окончательно убедился, что находится в земном корабле.

– Где-то тут должен быть подъемник, соединяющий шлюзы со штурманской, - сказал он, - так, вот он...

Когда он подошел, дверь автоматически раскрылась. Они вошли внутрь, и кабина подъемника с шумом съехала в глубь корабля.

Штурманская была небольшая, как во всех автоматических зондах, в которых человек находится лишь до тех пор, пока не выведет космолет из плоскости солнечной системы.