И где только время теперь взять на все?

Сажусь за стол, потянувшись за телефоном. Нужно сказать Дамиру, что возьмусь за его картину позже. Нужно, но что-то останавливает. В грудной клетке начинаются шевеления, стоит только представить его голос на том конце провода. Низкий, хриплый… Разблокирую экран, нахожу его контакт, но перед тем как нажать на зеленую кнопку, останавливаюсь. Что изменит то, что я позвоню ему? Срок выполнения работ Ельский заявил. Три недели. Дамир согласился. А в три недели я точно уложусь. Значит, и звонить нет необходимости.

Кровь нагревается стоит вспомнить как он вчера в машине крепко сжал мою руку. Такой напористый, серьезный. Как смотрел внимательно и насколько близко находился. Все это рождает внутри процессы, от которых я уже успела отвыкнуть. И привыкать снова не хочу. Ведь опять будет больно. Опять самоистязания и постоянная прокрутка в памяти даже банальных ничего не значащих слов.

Блокирую телефон и откладываю его в сторону. Не нужно мне это. С меня хватило и Кати этой и улыбки его сногсшибающей. Один вечер, а меня словно вывернули наизнанку и достали все то, что было глубоко спрятано. Мотнув головой, собираю необходимые вещи, как раз когда в кабинет входит Ксюша.

По своему обыкновению мы выпиваем кофе, она рассказывает о том, что вчера в баре познакомилась с «обалденным мужиком, который, кстати, был с другом», я умалчиваю об ужине, ссылаясь на вечер дома, потому что и рассказывать нечего. Это не тот ужин, который влечет за собой череду следующих. Это просто ужин «для галочки».

Картины, которые оставил на меня Артем оказываются довольно непростыми. Первое полотно безымянное от неизвестного автора. В самом начале работы здесь я любила отыскивать художника, которому могла бы принадлежать та или иная работа, но потом осознала, сколько сил отнимает это занятие. Перерыть кучу литературы, отыскать характерный тому или иному художнику стиль написания, материалы, которыми он пользовался. Определить годы написания картины, технику. Масса труда и времени уходит на все эти процессы. И если раньше я выполняла их под руководством Артема, то теперь придется самой. Благо, что хоть вторая картина не от инкогнито. С ней должно быть проще.

Остается надеяться, что решение проблем у Артема займет не много времени.

Работа поглощает с головой. Три дня проходит буквально на автопилоте, в задачу которого входит усердный анализ картины, привычная болтовня с Ксюшей и один разговор с Дамиром. Он позвонил сам. Вчера набрал и предложил встретиться. Но как раз на вчера я наконец позволила Ксюше вытащить меня в люди.

Отказалась от его предложения. С тяжелым пульсом, отдающим в затылке головы, с пониманием, что поступаю правильно. И хоть в ресторане, где мы провели время со знакомым Ксюши и его другом я абсолютно не обращала внимания на этого самого друга, но четко знала, что сделала так, как надо.

Вот только не помогло. Сидела там за столиком, сухо отвечала на явные комплименты мужчины, а сама мысленно сравнивала его с другим. Не таким холеным. Не таким напыщенным. Прическа, уложенная гелем вызывала желание взлохматить жесткие волосы собеседника, идеально выбритая, вероятно под линеечку щетина казалась приторной и раздражающей. Джинсы плотно обтягивающие мужские ноги и выделяющие икры выглядели совершенно неуместно. Знаю, что проводила параллели подсознательно, но остановиться не могла.

С тех пор, как познакомилась с Дамиром так происходит всякий раз, стоит с кем-то встретиться. Как – будто все вокруг суррогат, а мне не нужны дешевые китайские подделки. Хочу эксклюзив. Мужчину, от которого за версту веет чистейшая мужская энергетика. Беспорядочно уложенные волосы, без капли геля, грубая, жесткая щетина, ровная, но не настолько, что глаз дергается от ее идеальности. Вот он эксклюзив… который мне не светит. И от которого я сама сознательно отгораживаюсь.

Вечер следующего дня ничем не отличается от остальных. Вернувшись домой, я ужинаю купленным салатом, и завариваю себе кофе. Зачем-то ношу с собой везде телефон и от каждого уведомления хватаю его в руки. Такая глупость! Сама же вчера отказала, а сегодня будто жду, что он опять позвонит. А я снова откажу. Идиотизм чистой воды, но поделать с собой ничего не получается.

Чтобы хоть как-то отвлечься, включаю телевизор. Развлекательная передача с ведущим, который считает себя тонким юмористом никак не помогают. Мои мысли оказываются гораздо громче происходящего на экране. Я настолько снова погружаюсь в воспоминания того вечера в ресторане, что пугаюсь, когда в дверь раздается звонок. Вздрагиваю и едва не роняю чашку с остывшим кофе.

Часы на стене показываю почти десять вечера.

Кого в такое время могло принести? Гости точно не ко мне. Но звонок раздается во второй раз. Где-то внутри искрой вспыхивает мысль о том, что это может быть ОН, заставляя меня спешно отставить чашку на тумбочку и подскочить с дивана. Пульс берет разгон, подгоняя к двери. Это ведь может быть Дамир? Он в прошлый раз подвозил меня. Правда, номер квартиры-то я ему не говорила.

Немного придя в себя, подхожу к двери.

– Кто?

– Ваш сосед снизу, – доносится в ответ чужим голосом.

Нерациональное разочарование тушит успевшее загореться ожидание.

Поворачиваю замок, ожидая увидеть недовольного чем-то мужичка, но не успеваю этого сделать.

Дверь с силой открывают с той стороны, грубо отталкивая меня к стене. Охнув, ударяюсь головой. Встречаюсь глазами с мужчиной, тут же зажавшим мне рот ладонью. Он быстро оттаскивает меня в зал, волоча пятками по полу. Все происходит в одно мгновение, я даже сообразить ничего не успеваю, как оказываюсь стоять с зажатым ртом, и наблюдать за вторым входящим в квартиру человеком. Таким же огромным и высоким как первый.