– Что ты имеешь в виду?

– Арнольда.

Повернулась на голос. Мужчина стоял возле одеяльца моего пса.

– Убери его вещи. Спрячь, отдай или выбрось. Ты не можешь изводить себя верой, что он не ушел.

И вновь начала вскипать.

– Не твое дело! Сколько захочу, столько и буду страдать. Кого отсюда и надо убрать, так это тебя. – Одарив прозрачного мужчину свирепым взглядом, чуть тише добавила: – Чем завтра же и займусь.

После чего выключила свет и ушла спать. Но еще долго не могла уснуть, мучая себя мыслями о том, что не стоило быть такой резкой. Он не виноват, что остался в этом мире.

Очнувшись вне своей машины, я ничего не понимал. На мне не было ни царапины, но вокруг столпились люди, завывали сирены. Чуть левее стояла скорая, в которую грузили раненого мужчину на носилках. Какой-то парнишка на байке снимал все на видео. Я закричал на него:

– Эй, место аварии – это не съемочная площадка!

Но он меня не услышал, тогда я подошел и попробовал выбить телефон у него из рук. Но меня охватил ужас. Что-то не то было с моей рукой. Она прошла сквозь аппарат, словно я не мог до него дотянуться. Мне стало страшно.

Физически ничего не ощущал, но слышал, видел, мог выражать эмоции и, в конце концов, я говорил.

Не долго думая, подбежал к своей машине и увидел… себя – мертвого. Потом этот пронзительный крик женщины повторился в голове. Я зажмурился, чтобы прогнать давящий звон, но он становился громче.

Издав громкий вопль, попятился назад.

Крик исчез. Исчезли вообще какие-либо звуки. Стало тихо. Открыв глаза, понял, что в квартире, однако быстро осознал, что никогда здесь не был. Я стал ходить по дому, но не узнавал место. Фотографии, одежда, мебель – все это не принадлежало моей жизни.

Хотел войти в ванную, но дверь была заперта. Приложив руку, увидел, как она прошла сквозь дерево. Я запаниковал. Что происходит? Я на самом деле умер? Начал колотить по двери и провалился внутрь. Так я понял, что могу проходить сквозь стены. Так осознал, кем я являюсь.

Выключая будильник, я думала, что пора бы сменить мелодию на менее громкую. К сверлящим гитарным струнам мой мозг давно привык, а сегодня вдруг поняла, что эта мелодия меня раздражает. Приятный голос призрака был куда предпочтительнее.

Призрак!

Удобно зарывшись в подушку, я вспомнила, что просила его не будить меня, то есть не делать работу за будильник. И надо же! Он выполнил мою просьбу. Теперь можно похвастаться, что получила приз – умное привидение!

Но на самом деле это все было не смешно, а очень даже грустно. Дальше мои мысли углубились, и я начала вспоминать вчерашний разговор с этим прозрачным человеком. На прощанье наговорила ему много неприятных вещей и, вопреки осознаниям истинных фактов, я дико сожалела о своих последних словах.

Открыв глаза, уставилась в окно. Солнце еще не взошло, по стёклам бил мелкий дождик. Этот день предвкушал скуку, нудные дела, отчеты и другие хлопоты.

Пора вставать, нехотя приказала себе и откинула одеяло. Неожиданность, которая поджидала меня у подножия кровати, заставила не просто на секунду мою душу выйти из тела от страха… Быстро попятившись, я свалилась вместе с простынёй на пол, со злостью отмечая, что пора заменить шелковую постель на хлопковую. К тому же я ударилась лбом и громко чертыхнулась. А когда подняла глаза, чтобы посмотреть на него, мои щеки вспыхнули огнем.

ОНО улыбалось. Нет, он смеялся даже. Какой-то сгусток воздуха стоит у моей кровати и откровенно ржет! Если бы могла запустить в него подушкой, то давно сделала бы это. Но прямо за ним стояла моя декоративная ваза из Нидерландов. Я опасалась разбить ее.

– Ты пользуешься своим положением, чтобы нагло надо мной издеваться, – уже вслух заключила я, поднимаясь на ноги. – Какого черта ты стоишь у моей кровати?

– Ты сказала, чтобы я не будил тебя. Я вел себя тихо. – Он еще улыбался.

– Впредь знай, что я не хочу просыпаться с чувством, что живу в замке Глэмис.

– Неужели так страшно? – крикнул он мне вопрос в спину.

А я зашла в ванную и уже оттуда ответила:

– В детстве мы с друзьями в кемпинге рассказывали страшилки про привидения! На открытом воздухе, сидя вокруг костра! После таких историй каждый шорох меня пугал. Так вот знаешь: ощущения такие же!

На работу я приехала как ужаленная. Дженна набросилась на меня с вопросами, одним из которых был: откуда у меня на лбу синяк. Но я была не в силах ответить хотя бы на один. Поэтому ушла к себе в кабинет и сидела там до тех пор, пока вся редакция не засобиралась на ленч.