В десять вечера Андре отвез меня обратно в отель. Я помахала ему на прощанье. В этот момент в воротах показался правительственный эскорт на белых лимузинах. На капотах колыхались маленькие флажки. Прежде чем машины остановились, из каждой двери выскочили два вооруженных солдата и сформировали почетный караул у вращающихся дверей. Из второго лимузина вышел генерал Фарук – высокий мужчина в военной форме. Он галантно обернулся и протянул руку высокой, стройной женщине в ярких кенийский одеяниях и с немыслимой прической. Затем из лимузина выкарабкался низенький толстяк в обтягивающем мятом белом костюме. Он был похож на Майка де Сайкса. Я присмотрелась повнимательнее и поняла, что это и есть Майк де Сайке. Майк де Сайке и Надя Симпсон. Так вот каких важных государственных гостей генерал Фарук ездил встречать в аэропорт!

Когда я вошла в фойе, консьерж странно на меня посмотрел.

– Чем могу помочь? – спросил он с некоторым подозрением.

Тут я поняла, что похожа на чучело. Умылась в женском туалете и пошла в бар. Вернон, Коринна и Джулиан со скучающим видом сидели за стойкой. Над стойкой висели четыре гигантских позолоченных шара. Изысканно одетые сотрудники благотворительных агентств переговаривались возбужденным шепотом. Пилоты и техники, которых легко можно было узнать по загорелым лицам и выгоревшим усам, смотрели по сторонам, умирая от скуки. Здесь и там за столиками сидели вооруженные солдаты в темно-зеленой униформе и потягивали фруктовый пунш из высоких стаканов.

Я взглянула на Вернона и чуть не подавилась. Между его ногой и ножкой стула была зажата полупустая бутылка скотча.

– Хмм, Вернон. Вы знаете, что эти мужчины в униформе – служба охраны? – Мой голос прозвучал как тонкий писк.

– Не волнуйся, детка. В моем заднем кармане толстая пачка зеленых.

– Прошу вас, Вернон, спрячьте бутылку. – Еще не хватало, чтобы нас арестовали за употребление алкоголя. Не хватало еще одного конфликта с Отделом безопасности.

– Еще чего! – Вернон потянулся за бутылкой и отвинтил крышку.

– Вернон, уберите скотч. Он злобно сверкнул глазами.

– Ты сейчас у меня договоришься, детка.

– Да ла-а-дно тебе, что ему будет, – огрызнулась Коринна.

– Ты где пропадала? – жалобно прохныкал Джулиан. – У Оливера живот болит, он не встает с кровати. Кейт очень расстроилась после того, что ей сделали с волосами. Я сказал, что она выглядит нормально, но...

Я всё рассказала.

– Соберись, девочка моя, – сказал Вернон. – Если будешь и дальше так плохо работать, наше шоу загнется.

– Погрузку закончат через час, – сказала я. – Водители заедут в отель подтвердить, что все прошло нормально, потом поедут в Сафилу. На рассвете уже будут там.

– Что? – переспросил Вернон. Я повторила.

– Послушай, детка, грузовики никуда сегодня не поедут.

– Почему?

– Можешь считать меня старомодным. Но я-то думал, что мы здесь снимаем телепрограмму о массовом голоде. Когда грузовики поедут в лагерь, мы должны заснять, как они едут в лагерь. А когда они приедут, мы заснимем, как они въезжают в лагерь. Сечешь? На телевидении это называется “делать программу”.

– Да ла-а-дно, – протянула Коринна.

Я сделала несколько глубоких вздохов. Потом объяснила ситуацию с самого начала.

– Грузовики должны отправиться в Сафилу сегодня.

– Нет, нет. Наоборот, нужно оттянуть этот момент как можно дольше. Я уже представляю себе эту картину: мы врываемся в лагерь, шесть грузовиков под конвоем. “Капитал Дейли Телевижн” спешит на помощь, привозит продовольствие и побеждает голод.

Он был просто пьян. Не понимал, что говорит.

– Грузовики отправятся сегодня, – угрожающим тоном произнесла я.

– Грузовики, моя девочка, без меня никуда не уедут.

– Тогда собирайте вещи. Выезжаем через час.

– Проклятье! Правильно, – вмешался Джулиан. – Правильно, Рози.

– Сядь на место, сынок. В темноте нельзя снимать. Ничего не получится.

Все было бесполезно. Он уперся. На помощь пришла Коринна.

– Вернон, – она наклонилась и обняла его, – подумай о детишках. – Она положила руку ему на колено. – Вспомни о бедных негритосиках, которые умрут с голоду, потому что ты надрался.

Через пять минут Вернон утирал слезы. Мы заключили сделку. Всего было шесть грузовиков. Три отправятся сегодня с грузом. Еще три – завтра в семь утра. Мы поедем следом.

– О, только посмотри. Проклятье! Проехали. О, смотри, еще один. – Джулиан высунул голову в окно и что-то разглядывал в пустыне.

– Один кто?

– Верблюд. Эй, может, остановимся и сфотографируем?

– У тебя уже двенадцать фотографий с верблюдами.