Бум!

Теперь уже “варвара” откинуло от едва удержавшейся на ногах жрицы, только и успевшей, что схватить уже отрубленную руку за пальцы двумя своими. Я ещё разобрал шорох капель крови, сорвавшихся с открытой раны — а Макс уже нанёс следующий удар вновь засиявшим клинком. Точно в сердце, по самую рукоять вбив меч в грудь врага и в землю под ней, фиксируя тело. Одно из стандартных игровых комбо-добиваний, эффективных против становившихся много более опасными смертельно раненых монстров.

Запас жизненных сил громилы оказался таков, что он ещё несколько секунд пытался подняться, недоумённо оглядываясь и шаря целой рукой и культей по груди, пытаясь понять, что его держит. Ещё он силился что-то сказать, но никак не мог издать ничего, кроме едва слышного сипения. Тело никак не хотело осознавать свою смерть, потому боли он не чувствовал — но спелл на клинке держал крепко, не давая ни дёргаться, ни толком дышать. Наконец, кровяное давление, больше не поддерживаемое биологическим насосом, упало ниже критической отметки — и голова варвара упала на расслабившейся шее, глаза сразу остановились. Агонии почти не было.

Тишина вокруг установилась такая, что слышно стало зудение насекомых и треск угольков в моём костре. Все замерли. Но ступор разбил лучник, заоравший:

— Кровь, кровь пошла в кишечник! Останавливай, срочно!!! — и Присцила упала на колени перед оперируемым, а все остальные “отмерли”.

— И так будет с каждым, кто поднимет руку на товарища, — не слишком громко, но очень чётко проговорил наш лидер. Он поднатужился, и выдернул клинок, вновь сверкнувший белым, испаряя с лезвия кровь и осыпая комочки ставшей сухой земли. — Если кто забыл, мы тут, мать вашу, все стали живыми боевыми машинами! Нам убить — как пальцем щёлкнуть. Этот ещё легко отделался, другим буду сечь конечности и выпускать кишки, дабы неповадно было. Полиции тут нет, следователей и адвокатов тоже, сажать на пятнадцать суток за хулиганство посреди Диких земель некуда. Правосудие — вот оно, на острие меча!

Я прямо почувствовал, как вздрагивают буквально прикипевшие глазами к мечу и распростёртому телу люди. Кое-кто и вовсе начал, не замечая того, пятиться. А ещё слабый запах нечистот начал расползаться не только от трупа.

— Кто теперь со мной не хочет идти, никого не держу, — чуть помолчав, совершенно будничным тоном оповестил всех Сталк. — Пробирайтесь в Ордэр сами или идите своей дорогой, куда хотите. Или, если угодно, оставайтесь в группе и по прибытию донесите на меня в городской магистрат — слова никому не скажу поперёк и не обижусь. Пусть бургомистр с судьёй мою судьбу решают.

Вот теперь лагерь наполнился шепотками и каким-то шевелением. Нет, так дело не пойдёт.

— Уходящие ни грамма еды не получат! — громко поставил я точку над волнующей меня “i”. — Своей плотью сколько угодно монстров кормите, а вот рыбу ловили и всё остальное собирали мы не для этого! Вещи, отданные в кухонное пользование, тоже только в Ордэре вернём, как обещали.

Семеро ушло до темноты, двумя группами: трое и четверо, соответственно. Никого из них я толком узнать не успел, разве что отметил, что в одну группу вошёл маг, пытавшийся подбить виверну огненной стрелой, а в другую — любитель фаерболов. Ну, как говорится, скатертью дорожка. Те, что поумнее, покинут нас утром, имея в запасе полный световой день и не менее полный желудок после завтрака. То, что кто-то ещё уйдёт, я не сомневался: заметил, что Павел Георгиевич старается держаться от обоих Сталкеров как можно дальше, да и Марта, которую привычно поставили мне помогать, больше шевелит губами и тупит, чем готовит. Однако, решившиеся уйти сумели преподнести сюрприз. Довольно неприятный.

Макс вполне логично попросил у меня удочку для ночного дежурства, вернее, ему нужен был только сканер. Дистанционно проверять подозрительные шорохи и всё такое. Мне просто жуть как не хотелось выпускать ценный прибор из рук, и оправдание для отказа искать не пришлось: тонкий механизм незнакомый с ним человек мог банально сломать или испортить. Взамен я предложил взять на импровизированный передовой пост метрах в двадцати пяти от лагеря на берегу меня всего. Мол, будите сколько нужно раз, я гляну и всё скажу.

По той же причине рядом со мной устроили спать Сугроба, так как нападение монстра он, пожалуй, мог если не предотвратить, то сделать менее опасным. В свой черёд нас просто должны были разбудить дежурить вдвоём, а в остальное время наш, как и всего лагеря, покой хранили ещё двое сменных часовых. Ну и раскиданные полукругом сигналки да заросли ядовитой колючки, которой тут оказалось немало. Похлопав глазами в темноту и вслушиваясь в лесные звуки, под утро мы уступили место Максу и беззвучно шепчущей оскорбления Лоле…

— Просыпайся! — я с некоторым трудом продрал глаза, с недоумением глядя на рыцаря-магистра, трясущего меня за плечо. Похоже, я немного переоценил свою выносливость. Да и Хризантема тоже. Странно, не думал, что Макс её пожалеет и станет один дежурство стоять…

— Куда смотре?.. — таким же шепотом начал уточнять, взявшись за удилище, лежащее подле меня.

— Я не могу их разбудить!!! — сказанные слова заставили меня буквально подпрыгнуть, мгновенно приводя своё самое эффективное оружие в боевую готовность.