— Наверное, ты прав, — постепенно успокаиваясь, сказал я, как внезапно произошло сразу несколько взаимосвязанных вещей.

Во-первых, по моей спине стремительно пронёсся табун мурашек, заставивший меня едва заметно передёрнуться.

И во-вторых, по всей улице пронесся сильный порыв ветра, подхвативший пролетающие мимо снежинки, бросая их прямиком нам в глаза, да так сильно, что пришлось потратить некоторое время на то, чтобы проморгаться.

К тому же, откуда-то сверху послышался непонятный хруст, а подняв голову, я только и успел заметить, как с фасада дома сорвало далеко не маленькие сосульки, которые, набрав нехилую скорость, чуть ли не со свистом полетели в нас.

Я едва успел пискнуть и подумать, что всё, отбегался, и это точно наша конечная остановка. Но когда льдинам до нас осталось лететь примерно пару метров, у меня по телу прошла обжигающая волна тепла и в сознании словно щёлкнул тумблер.

И вот, моргнув, я вижу, как те самые сосульки разбиваются на тысячи мельчайших осколков, которых ветер благополучно унёс в дальний небосвод, куда-то вверх, где сияет благородно белоснежной синевой полная луна.

Ну, это собственно и всё, что я смог запомнить про свою, так сказать, первую практику в магии, так как почти сразу моё сознание нежно окутала подступающая тьма и я скорым рейсом «улетел» в страну грёз.

***

— Хм… незнакомый потолок, круто… — меланхолично протянул я, потихоньку рассматривая потолок, параллельно пытаясь познать и найти в нём ответы на тайны всего мироздания. Но, вскоре удостоверившись, что ему в общем-то тоже на меня плевать с высокой колокольни, попытался собраться и вспомнить, как я тут собственно оказался и «тут» — это где?

Исполниться задуманному с переменным успехом мешала головная боль и лихорадка, которую я распознал по температуре и общей паршивости состояния. Поморщившись от неприятных ощущений в руке, заметил рядом с собой капельницу и, повтыкав на неё немного, я начал скользить по, наверное… уже точно больничной палате, более внимательным взглядом. Впрочем, ничего необычного я не увидел.

На улице уже был вечер, распознанный мной по последним лучам заходящего за горизонт солнца, когда в свои права начинают вступать полноценные сумерки.

В палате была стандартная больничная планировка. Тут были две параллельно стоящие друг-другу кровати, рядом с каждой находились тумбочки, окошко, закрытое прозрачными занавесками, и настенные часы.

Убив таким макаром немного времени, я смог вспомнить события, скорее всего, уже прошлого вечера. Вот мы возвращаемся домой, где по дороге меня накрыло волнением и после я, сам того не желая, непонятно как, но с успехом смог применить для нашей защиты магию… Получив после своих фокусов нехилый такой откат, так как до сих пор чувствовал онемение на кончиках пальцев, граничащее с противным чувством опустошения напополам с сильным голодом.

Полежав молча пару-тройку минут с пустым, направленным в никуда взглядом до меня неохотно дошло, что либо я нафиг никому не упал, либо, что куда более вероятно, очнулся ощутимо раньше нужного срока и мне нужно позвать медсестру самостоятельно. А двигаться мне было откровенно в лом, да и вообще хотелось есть и спать, причём последнее желание было большим.

Я было уже задумался, как мне сподручнее будет позвать кого-нибудь, когда дверь неожиданно открылась, пропуская в проём тёмную макушку. После чего в меня упёрлись удивлённые, отливающие изумрудом глаза молодо выглядящей медсестры. Стоило ей понять, что я очнулся и смотрю прямо на неё, она мигом скрылась за дверью и только цокот каблуков говорил о том, что она чуть ли не бегом понеслась непонятно куда.

— И чего это она? — недоуменно пробормотал я себе под нос.

Конечно, долго мне одному скучать не пришлось, и скоро в мою палату вошёл доктор вместе с той самой медсестрой.

— Ну здравствуйте, молодой человек, меня зовут Чарли Брукс и на данный момент я являюсь вашим лечащим врачом. Давайте начнём наше знакомство с лёгкого опроса. Как ваше самочувствие? — проговорил доктор, машинально поправляя съехавшие на нос очки.

— Если не обращать внимание на жар и ломоту по всему телу, то просто превосходно… — любезно сообщаю ему голосом, в котором без особых проблем можно было услышать лёгкую иронию с малюсенькой капелькой сарказма.

— Ага… раз вы шутить изволили, то значит и в правду идёте на поправку. Ну, раз так, то… вот, — сказав это, он протянул мне градусник и недвусмысленно намекнул выражением лица, что с ним нужно сделать.

Без вопросов взяв протянутый предмет, я положил его под мышку и стал наблюдать за пришедшим врачом. А он тем временем о чём-то усердно думал и время от времени пристально смотрел на меня. Спустя минуту я вернул ему градусник, и, быстро посмотрев на него, он тут же закончил заполнять какие-то документы.

— Ну, температура немного выше нормы, но думаю, это быстро пройдёт и уже через день можно будет вас выписывать. Новую капельницу сменят через час. И да, по поводу родителей не беспокойтесь, я уже попросил дежурного предупредить их о том, что вы очнулись и завтра они приедут забирать вас домой.

— А сейчас я вам настоятельно рекомендую лечь спать, всё-таки организм ещё сильно ослаблен. Если вам станет плохо или что-нибудь понадобится — нажмите на эту кнопку, — кивок головы немного вверх и в бок, где каким-то мистическим образом от меня всё это время пряталась кнопка вызова медицинского персонала. — и к вам прийдёт мисс Браун, — второй кивок, но уже на ту самую медсестру.