С наскока влезть в данный бизнес он конечно не смог, и более крупные конкуренты смогли бы его, образно говоря, «растоптать» и выдавить обратно, но спустя год титанического труда, переговоров и налаживания связей с такими же «зелёными» новичками, как и он, у него всё-таки получилось добиться своего и организовать свой первый автосервис.

Вообще, изначально начиная свой бизнес, у него было пара неписанных правил, которым он строго следовал даже в самые трудные и кризисные моменты его жизни. Заключались эти правила в, казалось бы, двух простых предложениях: «качество всегда должно быть на максимально возможном уровне» и «дав слово однажды — держи его всегда». Именно данные слова стали его своеобразным девизом и кредо жизни.

И хоть было невыносимо трудно следовать им во всём, но рано или поздно всё окупится, что и подтверждали все те трудности, что он успешно смог пережить. Постепенно его репутация росла, как и рос спрос на его товары и услуги, которые выгодно выделялись на фоне остальных, хоть и имели чуть б'oльшую цену.

Но вот шли годы и, несмотря на весь его труд и старания, выбиться в большой бизнес у него так и не получилось, так как для этого нужны были неприлично огромные деньги и связи, а благодаря тому, что его считали выскочкой с улицы, непонятно каким образом умудрившегося пробиться в люди, то ни того, ни другого у него отродясь не было.

И вот случился один из самых важных и переломных моментов в его жизни. Уже давно повзрослевший и заматеревший Дэвид отправился в одну из многих поездок в Германию, к своим тогдашним поставщикам и партнёрам по бизнесу.

Именно там, на просторах ещё не ушедшей поствоенной разрухи, он и встретил свою любовь, свою Джейн. Изначально он даже и не обратил на неё должного внимания, так как весь был в делах и заботах пока ещё молодой и неокрепшей компании. Но шло время, и в один чудесный момент, придя на деловую встречу, которая должна была состояться в особняке одного из директоров машиностроительного концерна, он заметил внешне хрупкую и миниатюрную девушку, которая со скучающим видом стояла в стороне ото всей суеты и по ней было отчётливо видно, что ей в тягость находится в таком обществе, но поступить иначе ей не позволяло воспитание и репутация.

В тот вечер, волнуясь как какой-то юнец, он всё-таки смог заставить себя завязать с ней диалог, и, разговорившись, они свободно общались друг c другом, вплоть до конца встречи. Вскоре он решил разузнать о запавшей ему в сердце девушке и позже ему довольно легко удалось выяснить, что её зовут Джейн Шни и родом она из довольно древней, но обедневшей после прошедшей войны семьи.

И вот закончив все дела, он нехотя уехал обратно в Англию, но даже расстояние не помогло забыть столь обворожительную и миловидную девушку. Вскоре были ещё поездки и встречи, с каждым разом они всё сильнее жаждали общения друг с другом, пока в один момент он не осмелился сделать ей предложение руки и сердца.

Естественно он сразу получил согласие, так как чувства были очень даже взаимны, но теперь у него на пути стояла главная преграда — её отец, оберфюрер, то есть полковник когда-то бывшей армии вермахта в отставке, по причине пулевого ранения. Тот разговор он, наверное, никогда не забудет.

***

Тихо пройдя по тёмному коридору, ведущему в рабочий кабинет, я остановился возле массивной двери, тихо переводя своё дыхание и собирая моральные силы, чтобы постучать в неё.

— А это будет тяжелее, чем я думал. — пробормотал я и, выдохнув, осторожно постучал в дверь.

— Проходите герр Дэвид, не стоит стоять у порога, — размеренно и спокойно промолвил Николас Шни, выглядящий как крепкий, но уже немолодой мужчина с белой шевелюрой и голубыми незамутнёнными глазами.

— Хорошо — кивнул я, проходя в мрачноватый кабинет, осторожно садясь в кресло.

— Моя дочь сообщила мне, что вы хотите на ней жениться и даже успели сделать предложение? — не то спросил, не то утвердил Николас, не сводя с меня льдистых глаз.

— Да, вы правы. Встретив вашу дочь, я влюбился в неё с первого взгляда и любовь наша взаимна, — уверенно ответил я, стараясь тоже не отводить от него свой взор.

— Хорошо… и вот ты приходишь ко мне, прекрасно понимая и скорее всего осознавая, что моя дочь — это единственный лучик света в моей жизни, что помогает мне не скатиться в маразм и продолжать жить в этом прогнившем мире, — промолвил он, с уже ледяной маской на лице, смотря на меня сквозь тонкие стёкла очков. — И ты думаешь, что я отдам её первому встречному?

— Нет, но я правда люблю её и готов пойти на всё что угодно, чтобы она была счастлива! — с непоколебимостью в голосе произнёс я, всё-таки выдерживая его колкий, пробирающий до самых отдалённых уголков моей души, взор.

Просверлив меня ещё с десяток секунд, Николас, ничего не высказав на мои слова, спокойно протянул руку к выдвижному ящику стола, вскоре достав оттуда небольшую папку с пока неизвестными мне документами и положив её ровно напротив меня, указав на неё кивком головы.

Поняв, что от меня требуют, я взял её в руки и, посмотрев внутрь, по моей спине пробежали мурашки. В этих документах было почти полное досье на моё имя. Там было всё. Где родился, рос и даже имена моих родителей, которых я и сам-то не знал.