– Пожалуйста, больше никогда не делай этого.

Ответ следует незамедлительно:

– Не буду.

– Может быть, мы уже поедем, – жалобно ноет сестра из-за спины Тайлера. – Не хочу выглядеть третьей лишней в глазах этих пресыщенных снобов.

– Моя машина стоит на заднем дворе. Пойдемте.

Мы с сестрой поднимаемся со стульев и в сопровождении цепких взглядов, преимущественно женских, идем к выходу.

– Новые цыпочки, Волчонок? – щерится стоящий возле дверей охранник.

– Не твое дело. Открывай.

Очутившись на улице, мы семеним за Тайлером, шагающим к припаркованному в углу двора внедорожнику. Щелкнув пультом от сигнализации, он садится на водительское кресло и захлопывает за собой дверь.

Расстерянно посмотрев на его затылок из-за бокового стекла, я сама берусь за ручку и забираюсь на длинный кожаный диван. То, что Тайлер не проявил хороших манер, не остается для меня незамеченным, но я убеждаю себя, что не все должны быть такими учтивыми, как Итан. Но у Дженни другое мнение на этот счет. Оставшись снаружи, она требовательно барабанит пальцами в окно с водительской стороны и, когда Тайлер его опускает, насмешливо интересуется:

– Эй, непобедимый воин, не хочешь открыть для леди дверь?

Тайлер резко оборачивается, и мы встречаемся глазами. В его взгляде я вижу… смущение? Вину?

Он быстро вылезает из-за руля и распахивает пассажирскую дверь для улыбающейся Дженни.

– Прости за это, – он заглядывает ко мне в салон. – Я не слишком силен в манерах.

– Но ты быстро учишься, – подсказывает сестра. – Правда, Рика?

Я бормочу «угу», наблюдая, как Тайлер возвращается на водительское кресло, и всю дорогу до квартиры Дженни продолжаю мучиться вопросом, где же все-таки рос этот парень.

В машине Тайлера пахнет им самим: легкий аромат мяты и дерева, перемежающийся с запахом автомобильной кожи. В салоне чисто – никаких пустых бумажных стаканов на ковриках и оберток от фастфуда, как это часто бывает у сестры.

С тех пор как мы высадили Дженни, в автомобиле царит тишина, но каждый раз, когда я украдкой смотрю в зеркало заднего вида, встречаюсь с изучающим взглядом темных глаз.

– Сколько тебе лет, Тайлер? – решаю разорвать затянувшееся молчание. Мой голос звучит резче, чем мне бы хотелось, оттого, что я нервничаю. До Форест-Хиллс ехать около получаса, а это слишком долго наедине с ним без возможности сбежать.

– Мне двадцать пять.

Тайлер на год меня младше. Я никогда не встречалась даже с ровесниками: все мои парни были старше минимум на пару лет. Хотя почему я, вообще, об этом думаю? Я совсем не рассматриваю Тайлера в таком качестве. Завтра вернется Итан, и все вновь встанет на свои места.

– Тебе нравится драться? Я имею в виду то, что ты участвуешь в боях. Почему ты это делаешь?

Я снова встречаюсь с отражением мерцающих зрачков и изо всех сил пытаюсь не отводить глаза. Мне нужно перестать выглядеть смущающейся первокурсницей перед этим парнем.

– Я больше ничего не умею.

И я в очередной раз оказываюсь пораженной искренней прямотой Тайлера: без увиливаний, ложного заигрывания и сожаления. Те парни, которые за мной ухаживали, так или иначе стремились идеализировать свой образ: мимолетные упоминания о перспективной работе, поездках на дорогие курорты и даже знакомствах со знаменитостями. Наверное, поэтому сердце ноет от странного желания его обнять.

– Ты не стал поступать в университет?

Я заведомо знаю ответ на свой вопрос, однако Тайлеру и здесь удается меня поразить.

– Для этого нужно было окончить школу. Я не окончил.

Каждый его ответ рождает новые вопросы. Я все глубже вязну в трясине по имени Тайлер, и сил ей сопротивляться у меня нет: готова шагать вперед, пока не погружусь по самую макушку. Я просто обязана это прекратить.

– Прости, что засыпала тебя вопросами, – восклицаю с деланой легкостью. – Ты можешь расспросить меня. Правда, моя жизнь в Бостоне была не слишком увлекательной…

– Мне не важно твое прошлое. Достаточно того, что я знаю о тебе сейчас.

Я замолкаю и крепче вжимаюсь спиной в кожаную обивку. Этот парень сбивает с толку и заставляет стыдиться себя. Мы часто судим людей по тому, что услышали о других: собираем анамнез их жизней, оценивая надуманными критериями успеха, подчас не дав даже шанса раскрыться. Ведь, если задуматься, прошлое и правда не имеет значения: важно то, что происходит здесь и сейчас.

– Ты здорово дрался, Тайлер, – говорю тихо, и от мимолетных золотых вспышек в отражении перехватывает дыхание.

– Спасибо.