– Не желаю даже говорить об их преступлениях, – сказал Зикри. – Остается надеяться, что мы от них избавились.

Сенит приготовился отправить в рот очередную порцию салата, как вдруг что-то упало ему в чашку. От неожиданности Зикри чуть не свалился со стула, настолько отвратительным было длинное зеленое насекомое с изогнутыми ножками. Оно хлопало крыльями, выбираясь из вязкой приправы. На планете, где насекомые в основном были микроскопических размеров, таких больших еще никто не видел.

– Что это? – взвизгнул сенит.

В ответ он услышал зловещее стрекотание. Второй летящий зеленый монстр ударился ему в щеку, и вслед за ним Зикри атаковало множество жужжащих и шелестящих крыльями насекомых. Келлен вскочила, окутанная тучей гигантской саранчи, набросившейся ей на грудь и голову. Воздух сотрясли крики ужаса, а через мгновение кафе заполонила стая беспозвоночных. Слуги и посетители в панике бросились врассыпную.

Отчаянно размахивая руками, ослепленный и оглушенный Зикри еле пробился в здание и навалился на дверь изнутри, чтобы сдержать нашествие саранчи, но не смог выстоять под напором обезумевших посетителей, стремящихся укрыться от опасности внутри. Саранча тучей залетела в семинарию, наводя на всех ужас. Келлен осталась лежать у столика, свернувшись от страха калачиком, и всхлипывала, хотя совершенно не пострадала. Тьма саранчи летала по деревне, наводя ужас и сея панику, но не нанося никакого ущерба.

Зикри стряхнул последних насекомых с одежды и требовательно, но не обращаясь ни к кому конкретно, спросил.

– Откуда они могли появиться?

К его удивлению, кто-то ответил;

– Это преследователи! Те, которые появились на орбите совсем недавно. Они взяли на себя ответственность за это.

От данного пояснения у сенита прошел мороз по коже. Преследователи! Ему не надо было говорить, о каких преследователях шла речь. За несколько дней после своего прибытия на Санктуарий они натворили столько, что все другие преследователи и подобная им нечисть не сделали за три предыдущие столетия! На долю секунды Зикри даже пришла в голову идея, что ему еще раньше следовало вернуть эту троицу на базовый корабль. Ну уж нет! Именно этого они и хотели, но этого им не позволил бы ни один сенит.

– Я с ними поговорю, – процедил сквозь зубы Зикри.

– Это же запрещено, – предостерег один из сенитов.

Зикри схватил его за грудки и заставил посмотреть на произведенное саранчой опустошение.

– Тебе хочется продолжения? – спросил Зикри. – Ты желаешь, чтобы там, наверху, они придумали что-нибудь похуже? Защитное поле запрограммировано так, чтобы живые существа без преград проходили нашу атмосферу. Мы должны заставить их положить этому конец.

– Но каким образом?

Зикри на секунду задумался и отпустил перепуганного коллегу.

– Принесите мне прибор наблюдения.

Скотт и капитан Мора стояли на мостике "Энтерпрайза" в ожидании результатов, которые принесет работа маленьких посланников на Санктуарии. Сениты обязательно должны были войти в контакт со звездолетом. К этому времени Скотт уже провел несколько часов в чтении научных работ о процессах стерилизации, что окончательно убедило его в отсутствии опасности для Санктуария нашествия саранчи. Как ни сильно было у Скотта чувство ненависти к сенитам, он не имел права нарушить Главную директиву. Если сенитам хотелось выставить себя глупыми и невежественными дикарями, так это их право, но они должны были понять, что им следует вернуть капитана, первого офицера и доктора.

Ухура развернулась в кресле на сто восемьдесят градусов.

– С нами хотят связаться с планеты, – сообщила она.

Зулу и Чехов выжидающе посмотрели на исполняющего обязанности капитана. Скотт замер и затем повернулся к рядом стоящему офицеру.

– Капитан Мора, – обратился он к нему, – не желаешь провести эти переговоры сам?

– Нет, спасибо, – отказался Мора. – У тебя это лучше получится. Желаю удачи.

Скот удовлетворительно кивнул головой.

– Дайте этого гермафродита на экран, лейтенант.

– Слушаюсь, сэр, – ответила Ухура.

Через секунду на огромном экране появилось лицо сенита, не имеющего определенного возраста. Обычно бесстрастную физиономию сенита исказил гнев.

– Мы протестуем против неспровоцированного нападения. Вы ведете с нами войну с применением биологического оружия.

– О каком нападении идет речь? – спросил Скотт, изображая неподдельное удивление. – Как уже говорил мой глубокоуважаемый коллега капитан Мора, когда пытался войти с вами в контакт, мы хотим обменяться с вами информацией по различным биологическим видам животного мира. Вот мы и послали вам немного регуланской саранчи для изучения. Кстати, если ее вдруг не хватит, то у нас для вас есть еще миллионы экземпляров.

– В этом нет никакой необходимости, – ответил раздраженно сенит. – Мы заявляем, что с вашей стороны это настоящий варварский акт.

Скот продолжал, но теперь уже говорил со всей серьезностью:

– В ответ на нашу акцию нам хотелось бы получить капитана Джеймса Т. Кирка, старшего офицера Спока и доктора Маккоя. Мы беспрерывно посылали вам их изображения и при необходимости повторим в очередной раз.

Зикри выдавил из себя подобие улыбки.

– Такой необходимости нет – нам хорошо известно, как они выглядят. Очевидно, вы не верите нам, когда мы говорим, что члены вашей команды, – а они оказались здесь добровольно, – живут у нас в мире и довольствии, и чтобы доказать, что так оно и есть, даем вам видеозапись, сделанную всего несколько часов назад. Прошу вашего внимания.