— И что? Мне теперь всех идиотов по именам нужно знать?

— Да это же местный авторитет, он сын Главного конс-мага.

Я перестала хрустеть и ошарашено посмотрела на широкую спину в кожаной куртке, которая уже подсела к какой-то компании студентов.

— А-а-а… и правда, похож.

— Ты что, в вакууме училась? — хмыкнул Золин.

— Нет, просто я с такими личностями не контактирую.

— Со мной же контактируешь, — не согласился парень.

Я вздохнула, но отвечать на провокацию не стала, вместо этого переключилась на другую тему:

— То есть ты на его примере решил доказать мне, что здесь такие же законы, как и у вас?

— Нет, не такие же. Но видишь, ваши ребята тоже не прочь развлечься.

— Ну и что? — Я пожала плечами. — Это нам никак не поможет.

— О, ты просто не знаешь, сколько информации можно выудить у тех, кто знает об этой Академии всё, — заговорщицки прошептал Золин, но в ответ получил лишь мою скептически задранную бровь. — Ой, да ну тебя. И вообще, хватит есть стебель припариса, он не съедобный.

— Как это? — Я поперхнулась. Понятно, почему салат выглядел таким незнакомым. Что за ингредиент вообще?

— Вот так, его выкидывают обычно. Слушай, удивительно, насколько ж ты непросвещённый человек.

— Зато ты у нас просто гений, — иронично отозвалась я и доела гадкий стебель.

***

Золин был несколько… в шоке. И хотя его прекрасно осведомили о существующих порядках стродисовский Академии, с реальностью смириться оказалось трудно. Он, конечно, понимал, что приживётся тут — рано или поздно, — но сейчас находиться в общежитии среди одних парней, а потом ещё и на занятиях среди парней, было выше его сил.

Он привык заниматься в чисто мужской компании. Помимо Рьюити на его факультет девушки не сильно рвались в Лораплине. Но там хотя бы после учёбы эта обстановка разбавлялась женской компанией.

Первые два занятия прошли, в общем-то, неплохо. Золин внимательно слушал профессора (впервые за последние лет пять), конспектировал (впервые за последние лет десять), и периодически поглядывал на первокурсников.

Ребята были разными — и по телосложению, и по характерам, и по цене одежды. На потоке были и те, у кого родители денег не жалели. Остальные, надо полагать, выживали на стипендию. Хорошо, что с питанием в Академии проблем нет.

Золин быстро приметил самых активных. В компании они всегда выделяются, даже если не словами, то поведением, манерой держаться и даже особенным выражением на лице. Затем парень выделил тех, кого в Лораплине называли «ботаниками». Ему и в обычной жизни было несложно общаться и с теми, и с теми. А уж когда дело касается добычи информации — эти люди бесценны.

После пары Золин сперва подошёл к зубриле.

— Привет, я Саймон, — представился он своим новым «шпионским» именем. — Можно просто Сэм. У тебя есть минутка?

Ботаника Золин нагнал в коридоре, поэтому им обоим пришлось остановиться и отойти в стене.

— Я Джордан, — пробормотал парень, озадаченно глядя на новенького, что прибыл из Сорельской Академии. Новости тут распространялись быстро. — А что ты хотел?

— Слушай, я учусь по обмену, нас перевели поздновато, я тут пропустил несколько лекций. У тебя случайно конспектов нет? А то неохота в отстающих быть.

Джордан, который очень уважал учёбу и стремление к знаниям, неловко кивнул.

— Да, есть. Э… они только у меня в общаге остались. Я… могу завтра принести.

Золин не удержался и хмыкнул.

— В какой комнате ты живешь?

— В сто четвёртой, — озадаченно моргнул Джордан.

— Так не на разных планетах живём, я зайду вечером. — Золин панибратски постучал нового товарища по спине, и, лёгким движением закинув лямку рюкзака на плечо, отправился по своим делам.

На следующей лекции он сел рядом с Майклом — его имя он уже знал. Этот студент был из богатых, активных, весёлых и становился идеальным собеседником. Всё бы ничего, но с Майклом обычно сидел другой парень, поэтому ситуация вышла неловкая.

— Слушай, чувак, я тут новенький, так что ты не против, если я одну лекцию тут посижу? — ничуть не смущаясь, обратился Золин к другу Майкла, имени которого не знал.

— А чего ты там не можешь сесть? — нахмурился тот.

— Ну, там дует.

Майкл был из тех, кто очень, очень любил «поугарать». Именно поэтому он тут же рассмеялся и весело подколол своего друга, мол, выпроваживают его, как первокурсника. Ах да, он же и есть первокурсник. Ха. Ха. Ха.

После этого Золин очень быстро нашёл с парнем общий язык. Они вместе поржали над преподом (не вслух, конечно), разрисовали странных человечков в учебнике, сделав из них женщин с аппетитными формами, один раз даже умудрились кинуть бумажкой в друга Майкла, пока профессор отвернулся.