В семье мой Фёдор из мальчиков был самым младшим. Четверо его старших братьев уже были мастерами и работали в семейной мастерской с отцом. Мой царевич иногда жаловался мне на них, на то, что берут себе самую интересную работу, а ему поручают то, что скучно, однообразно и требует самого кропотливого труда.

– Я так никогда мастером не стану! – кипятился Федя, когда мы находили время для разговоров между поцелуями.

Все старшие братья и сёстры Феди уже были женаты или замужем. И две его младшие сестры уже сговорены. Это я понемногу выспросила у парня за целое лето отношений.

– Я пока один остался - свободным, как ветер!
– смеялся как-то Фёдор по этому поводу.

А я ждала, что он позовёт меня замуж. Или, хотя бы, намекнёт на это. Но, увы… Царевич молчал. А я всё мучилась: как быть, когда он попросит меня выйти за него? У меня же дети… Но и замуж за Федю очень хотелось. Целовал меня так, что голова кругом шла. А как ласкал! Развяжет, бывало, тесёмки у ворота и ладонью за пазуху проберётся, грудь сожмёт, соском играет и шею целует, целует. Всю ночь так бы сидела с ним на лавочке… Иногда вспоминала, что в прошлой жизни тоже, было время, целовалась и не только, но ничего похожего не ощущала. Или мне так кажется потому, что слишком давно это было, и уже будто и не со мной.

Глава 24

Глава 24

Лето прошло так быстро, и так медленно…

Быстро потому, что мне остро не хватало времени на всё и всех, особенно, на личную жизнь. А медленно потому, что очень многое успело произойти за эти три месяца.

Прежде всего, немало порадовал результат воплощения моей идеи с игрушками… Афанасию так и не пришлось постоять с работами младших Кузнецовых на рынке. Первую и, кстати, последнюю, партию наших товаров для детей, оказавшуюся на рынке, разобрали сами торговцы.

Зять только начал красиво раскладывать изделия по размерам, цветам, наполнению, когда враз пошла бойкая торговля. Он, не спеша доставал из короба по одной игрушке, сам с удовольствием рассматривая каждую, когда появились первые заинтересованные покупатели – торговцы, прилавки которых были справа, слева и напротив.

Потом, заметив живой интерес соседей Афанасия по торговому месту, подтянулись остальные продавцы с рынка и самые ранние покупатели. Несмотря на цену в несколько раз выше себестоимости, зайцы, мишки, поросята, прочая игрушечная живность и мячики, всё же, были значительно дешевле мягких игрушек, которые продавались в лавках, при этом, были удивительно забавными.

Разноцветные зверушки так и не успели расположиться на прилавке Афанасия. Каждая следующая игрушка продавалась, едва зять доставал её из короба. Дошло до того, что покупали яростно орали зятю требование продавать по одной игрушке в руки. Люди были рады неожиданно совсем недорого порадовать своих детей.

– У меня двенадцать детей! – кричал на это пожелание очереди торговец столярными изделиями.

– Ага! Только у половины из них уже свои семьи! – возразил кто-то.

– Ну и что! Так у них же внуки!

– Так теперь что? Всех зверушек себе заберёшь?

– Поиграют твои дети одной цацкой, по очереди!

– Нет, вы только посмотрите на эту проказливую мордашку у кошечки! Так и хочется погрозить ей пальцем: «ну-ну-ну!».

– А какой умильный щенок!

– А мячик такой лёгонький! Отлично летает! Что там внутри?

– А на этом поросёнке можно спать вместо подушечки. Моя доченька будет счастлива! Спасибо, Афанасий Никитович!

В тот же день абсолютно счастливые дети торжественно протянули мне свой заработок. Для Никиты, Максима и Миши он был первым, а для Нади – впервые таким большим. Её розочки неплохо продавались, но больших денег не приносили.

Даша с Таней и Лизой были в огромном шоке от того, что мелюзга заработала столько же, сколько они. Они были удивлены настолько, что, все трое, наперебой подробно допрашивали Афанасия о торговле игрушками, не в силах поверить.

Парни, которые, не разгибая спины, шили матрасы, только уважительно поздравили младших братьев и Надю. Егор, Стёпа, Андрей и Коля ещё не почувствовали вкус собственноручно заработанных денег. Хоть Саша и получил аванс за матрасы, сумма была небольшой, и мы потратили её на материалы для работы. Существенный доход от этого дела получим только, когда отработаем весь заказ. Поэтому их уважение к мелким было искреннее и с ноткой белой зависти. Надя, Максим, Никита и Миша чувствовали этот посыл от старших братьев и были по-настоящему горды собой и счастливы. А с ними и я…

Но, и это не всё. У Афанасия рано утром следующего дня появился представительный мужчина и предложил за лекала игрушек и патент на них такую баснословную, с точки зрения свекрови, сумму, что она, бедняжка, в тот же день слегла с мигренью. Слишком велико было её разочарование, когда сын отправил этого мужчину на улицу Сорокину – договариваться со мной.

А я… Подумав, я отказалась от несомненно выгодного предложения, решив, что всех денег не соберёшь, а детям интересно самим делать игрушки и хорошо зарабатывать на этом.