— Переговорщик. — Я не стал разменивать возможность подойти поближе и нанести удар наверняка, на ненужную браваду.

— А ты от этих… — Мужик в засаленном камуфляже глумливо скривил губы, — От властей Возрожденной России. И на хрена нам ваша Рашка, козлы. Ну че вы приперлись, уроды к нам. Мы и так тут отлично жили. Вас не трогали. Нет свербит у вашего Громова в одном месте. Все хочет возродить великую страну.

Он сплюнул тягучую и желтую от модной наркоты слюну на пол.

— Мы вообще Удмурты, а не москали, как вы. — Палец обдолбанного стрелка плясал на спусковом крючке, когда он втирал мне на белом глазу придуманную в последнее время новую историю родного края самоназванным советом князей города. Правда аргументы я уже где-то слышал. В детстве, ага. И многократно западней. Быстро же им мозги промыли.

— У меня к вашим предложение? — Я стоял спокойно даже и не пытаясь что-либо изображать перед этим обдолбышем. Зачем? Тот под наркотой сам себе все прекрасно придумает и объяснит. Да и актер из меня скажем так, весьма посредственный.

Загудели электромоторы, и створка ворот медленно отползла едва на полметра. Мужик под этот грохот что-то еще вякнул в мой адрес не слышанное и успокоился, скрывшись из видимости.

Я протиснулся сквозь створку и шагнул вовнутрь. Мне надо было подойти к этим нехорошим тварям как можно ближе, чтобы сберечь как можно больше заложников. И сейчас я с раздражением поймал себя на мысли, что думаю не о судьбах взятых в плен людей. Прагматизм мне твердил, что надо сохранить максимальную лояльность населения города. И когда только стали у меня постепенно отмирать нормальные человеческие эмоции?

— Ты что ли переговорщик? — Меня опять встретил грязный и угрюмый мужик с калашом на плече. У них что — принципиальная борьба с чистотой в отдельно взятом городе?

— Ага, — я по привычке был максимально лаконичен.

— Ну идем, тупой москаль, — меня ткнули сзади стволом. — И хотелось тебе, паря, идти на гарантированную смерть? Совсем еще молоденький. Может даже отдадут поразвлечься нашим любителям мальчиков перед тем как перерезать горло.

Не знаю зачем конвойный начинал эти рассуждения. Или запугать хотел. Хотя скорее у этих тварей подобные развлечения уже стали в порядке вещей. И обычные бойцы не видят в них ничего необычного.

— Ты если, что бросайся сразу на стволы. — Продолжил давать полезные с его точки зрения советы замызганный непонятно в чем дружинник местных князьков. — А то потом кричите вы все громко. Спать мешаете.

Под такие слова подталкиваемый стволами я прошел во внутрь большого помещения, где собрались основные силы бандитов. Цех был огромным и с легкостью вместил несколько сотен увешанных оружием, что новогодние елки бойцов. Ну да родина «Калашникова». Логично все.

— Ну и че ты приперся, малыш. Жить надоело или плохо задницу командирам подставляешь и тебя просто списали, как балласт. — Мелкий шестерка вальяжно начал первым, не дожидаясь реакции шестерки самоназванных князьков, которые наоборот замолчали и начали внимательно оглядываться. Моя сила вырывалась даже из подавленного состояния и ощутимо давила на плохонькую интуицию магов-самоучек.

Остальные уже начали понимать, что происходящее чем-то весьма напрягает их главарей. Защелкали затворы в тишине. Только звуки женских криков мешали полностью опуститься пелене беззвучия на цех. Раздался грохот выстрела и из-за колоны вышел полуодетый бугай в фашистских наколках по всему телу.

— Хороша была москалька, — Глава бандитов хохотнул собственной шутке, — Жалко быстро кончилась. Совсем тихо стала кричать под конец. И плакать редко.

Он обвел всех своим свиными глазками и задержался на мне. Его рот открылся в попытке закричать. Но…. Поздно. Я уже понял, где эти твари держат основную массу заложников. А остальные … Что же, я не всесилен. А то, что под конец меня все-таки кто-то узнал даже хорошо — первые и самые важные секунды стрелять будет несколько сотен стволов только в меня. Больше шансов для заложников.

— Это Гром… — начал было кричать татуированный свастикой полуголый мужик, только поздно.

Я выпустил наружу свою силу и словно вздохнул полной грудью впитывая всю разлитую в округе магию. Бандиты только начали стрелять в меня, как я одним желанием и вплетенной руной сжал воздух над головами основной части врага до жидкого состояния, а потом отпустил. И струи ливня ударили сверху по столпившимся в кучу бандитам. Только дождик состоял из жидкого азота, кислорода и других самых разных газов. Холодненький такой дождик с температурой в очень глубокий минус.