Когда число убитых мною врагов перевалило за сотню, а количество лута начало переставать покрывать мои потребности в энергии, напор врагов вдруг снизился. Нет, спускаться они не перестали, но вот ломиться в здание — да. Ох, не нравится мне всё это. Когда враги начинают действовать организованно и обдуманно, быть беде.

Я поднялся наверх, чтобы проверить своих, попутно очистив с себя кровь заклинанием.

— Все целы? — спросил я.

— Почти, — ответил Лев, который в моё отсутствие принял на себя организационные моменты, за что я был благодарен, — Владимиру пуля попала в руку. Слишком сильно высунулся из-за укрытия. Ну и Эдуарду абордажным крюком прямо в лицо прилетело. Хорошо хоть только ударило, а не зацепило острыми частями.

Я быстро осмотрелся. Угу, Эдуардом оказался деловой толстячок, который всё порывался поспорить. Владимир — щуплый мужчина в очках. Руку ему замотали какими-то тряпками, которые, видимо, сделали из одежды.

Я подошёл к нему и присел рядом.

— Привет, Владимир, ты как, держишься?

— Нормально, — кивнул тот, — ты сам-то как? Мы видели, как тебя не раз ранили!

— Да ничего, я же суперсолдат, заживает, как на собаке, — я улыбнулся и сбросил с себя истерзанную футболку, — Видишь, ни царапинки!

— Вот и мне бы так… — поморщившись улыбнулся он в ответ.

— Это мы сейчас организуем, но для начала придётся немного потерпеть, всё пройдёт лучше, если регенерации ничего не будет мешать, — я указал на импровизированную повязку, — Сними-ка.

Мужчина послушно стащил с раны тряпки. Пуля попала так, что упёрлась в кость, явно повредив её и осталась в ране. С одной стороны, притормаживает кровотечение, а с другой — это, блин, посторонний предмет в теле. Да ещё и непонятно какой чистоты.

— Смотри, та красотка с тебя глаз не сводит, — указал я на одну из девушек, которая, и правда, смотрела в нашу сторону.

Пока тот отвлёкся, я выдернул пулю телекинезом и протянул вскрикнувшему Владимиру подходящего размера флакончик из тех скудных запасов, что у меня были. Пираты оказались на удивление «жадными» до лута. С той же нежити на мосту полезности выпадали чаще, чем с нынешних врагов. Ну, не везёт, так не везёт. Что уж тут поделать.

— Пей.

Не задавая вопросов он выпил содержимое и через мгновение удивлённо уставился на рану, которая затягивалась прямо на глазах.

— Быть не может! Это же чудо какое-то!

— В некоторой степени да.

Я заметил, как под шумок активизировался Эдуард.

— И мне тоже, меня тоже ранило!

— У тебя просто лоб разбит, — ответил я, поднимаясь, — Потерпишь. Если будет возможность, когда отобьёмся подлечим и тебя. Но пока — это слишком расточительно.

— Да я… Я жалобу напишу на тебя! — от бессильной злобы он аж ногой топнул, как обиженный ребёнок.

— Пиши в спортлото, — ответил я и спрыгнул обратно на первый этаж.

К этому времени пираты с помощью спущенных шлюпок образовали вокруг здания окружение и частично засели за ними, а частично просто рассредоточились по пространству снаружи.

Я подошёл поближе, заранее активировав кинетический щит, но никто не стрелял.

— Эй, господа, коли уж вы способны на такие тактические манёвры, так, может, вы и поговорить способны? — крикнул я.

— Может и способны, да только что с вами свиньями беседы вести? — воскликнул один из пиратов.

Он говорил точно не на русском, да и мой голос звучал немного странно. Я раскрыл мелькнувшее уведомление.

Как же всё это интересно. Если у меня есть такая способность, то почему тогда она не открылась, когда я общался с другими монстрами? Хотя, думаю, дело было в самих монстрах. Леший самостоятельно выучил современный язык, взяв знания из нашего разума, Сергей был русским при жизни, как и некромант Григорий. Кто ещё был? Марфуша и Шут? Полагаю, что у первой язык появился как часть её связи с человеком. Вот с Шутом — шут его знает, понятия не имею почему он говорил на понятном мне языке. Может дело вообще в том, где подобные ему были созданы в сочетании с гуманоидностью. Мол, разумные человекообразные существа могут говорить на языке страны, где появились.

Хотелось бы знать, сколько ещё неизвестного скрывает моя способность. А то прям матрёшка какая-то получается.

Когда я закончил читать пассивку, кончилось ускорение мышления и раздался грохот. С неба рухнуло тёмное нечто. Оно быстро взмахнуло конечностью и голова пирата, который мне нахамил, полетела с плеч, а после и покатилась прочь.

— Но-но! Мы пираты, а не деревенщины! Стоит уважить того, кто столь достойно сражался с нами!

Тем, кто спрыгнул с небес, оказался пират, сильно выделяющийся среди остальных. Он был одёт в атласные шаровары, роскошный чёрный кожаный плащ, а на голове у него красовалась шикарная треуголка. Огромный мужчина под два метра ростом погладил свою смоляно-чёрную бородищу и сделал круговое движение саблей, стряхивая с неё кровь.