Сделав очередной шаг, я почувствовал, что что-то не так ещё до того, как само «не так» случилось. Совпадение совсем уж рыхлой коры и не совсем удачно поставленной ноги, вылились в то, что она соскользнула и меня повело вбок. Да так, что выровняться я бы уже не смог.

Да уж. Умереть так глупо — будет жутко обидно. Поскользнулся, упал, очнулся… не очнулся. Но чувство полёта резко прервалось. Я не видел, что происходит, но по врезавшимся в подмышки лямкам рюкзака было понятно, что меня поймала Марианна. Кое-как я смог закинуть ногу на бревно, а там и ухватиться за одну из веток. Спустя пару мгновений я уже снова стоял на ногах.

— Спасибо, — выдохнул я, переводя дух.

— Как видишь, я и сама немножко «нормальная», — тяжело дыша, улыбнулась девушка.

Было видно, что этот рывок дался ей тяжело.

Дальнейший путь прошёл без осложнений. Оказавшись на другой стороне, мы даже не стали оглядываться. Просто пошли в сторону трещины в реальности. Так мы и брели ещё часов пять. По крайней мере, по ощущениям прошло столько.

Пока мы шли, я заметил, что Марианна смотрит на меня как-то иначе. Хотя и я стал воспринимать её куда больше как человека, а не роковую женщину из кино.

— Ты спрашивала, ходил ли я в походы. Так вот — не ходил. Отца мы потеряли, когда я был ещё совсем мал, а мама предпочитала более цивилизованный отдых. Да и сам я по натуре всегда был тихим домоседом.

— Правда? По тебе и не скажешь. Так ловко и уверенно со всем управляешься, — сказала Марианна.

— Ну, я думаю, ты видела досье корпорации на меня, так что знаешь, что всё в основном благодаря моей способности.

Девушка улыбнулась и покачала головой.

— Не читала. Всё, что я знала, так это то, что Бегемот нашёл себе золотого мальчика, который рожает магические ништяки из воздуха.

— Поэтому ты себя так вела? — спросил я.

— Как?

— Как будто тебе не терпелось доказать, что во мне нет ничего особенного и склонить к своим ногам.

Марианна рассмеялась.

— Знаешь, это довольно точное описание. Но нет. Так я веду себя со всеми мужчинами, которых встречаю, — пояснила она.

— Зачем?

— Ох… Знаешь, это сложный вопрос. Потому, что это весело? Потому, что мне интересно, что выйдет? Потому, что в своё время я видела слишком много надменных мужчинок, мнящих о себе больше, чем они на самом деле представляют? Или, наверное, всё вместе?

Она задумчиво покрутила меж пальцев прядь волос.

— Определённо всё вместе.

— Да я вроде не надменный… — задумчиво пробормотал я, пытаясь понять, чем мог вызвать такую реакцию.

— О нет. Это не про тебя, скорее обобщение причин. Тебя я дразнила потому, что ты мне понравился.

Чего, блин? С каких пор так принято выражать симпатию? Это ж, блин, какие-то глупости родом из детства. Мол — девочка нравится, дёрни за косичку. Или маразм вроде «бьёт — значит любит» в абьюзивных отношениях. Никогда этого бреда не понимал.

— Ну вернее, сперва это было обычной реакцией на новое знакомство. Но потом я поняла, что ты другой. Хотя только сейчас окончательно осознала насколько.

Я посмотрел ей в глаза и увидел грусть. Тяжелую, застарелую, словно бы она там была всегда. Из-под маски игривой львицы наконец-то показалась настоящая Марианна. И лишь одного взгляда хватило, чтобы почувствовать её бесконечную усталость и одиночество. Я засмотрелся, а потому даже и не заметил, когда мы остановились.

— Что-то я совсем расклеилась.

Даже раньше, чем осознал, я шагнул вперёд, чтобы подхватить её. Девушка вцепилась в меня, словно в спасательный круг. Она упёрлась своим лбом в мой, так что я легко мог почувствовать насколько у неё повышена температура тела.

— Да ты же вся горишь…

Но вместо ответа её губы снова коснулись моих. Прямо как тогда у врат, когда она украла мой поцелуй. На мгновение, лишь на короткое мгновение, мне захотелось отдаться вспыхнувшему в крови пламени. Позволить себе ненадолго забыть об ужасной ситуации, в которой мы находимся.

Нет. Так нельзя. Мало того, что мы с Ольгой начали делать шаги навстречу друг другу и я не смогу нормально смотреть ей в глаза после таких похождений. Так ещё и Марианна в таком состоянии, что я буду чувствовать себя каким-то извращенцем, пользующимся её беспомощностью. Я мягко отодвинул девушку от себя, усадил на землю, расстелил спальник свободной рукой, после чего помог перебраться на него.

— Посиди тут, я быстро.

— Я тебе противна?

— Нет. Ты весьма привлекательная, — и это правда, ехидный Ликвид, знающий что у меня в подсознании, не дал бы соврать, если бы был сейчас тут, — Но у меня в жизни уже есть девушка, с которой я хочу попробовать строить отношения.