В свою очередь, среди покупателей стало гораздо меньше людей со славянскими чертами лица. Явно прибавилось кавказцев, спасаясь от внутренних и внешних войн, многие азербайджанцы и армяне предпочитали переезжать в Среднюю Азию, где у них оставались и родственники. Веянием времени стало появление турок, прочно освоивших рынки азиатских государств.

Старый Алескер сидел на этом рынке уже пять десятков лет, еще с тех пор, когда на войну ушел отец и ему, совсем еще мальчику, пришлось отнести на базар овощи их собственного огорода. Семья жила тогда на краю города, и на центральный рынок он попадал благодаря соседу — дяде Семену, который бесплатно отвозил его вместе с продукцией по утрам на рынок. С тех пор Алескер привык ездить на Алайский рынок и стал одной из достопримечательностей базара, ежедневно появляясь на рынке за полчаса до его открытия.

Дети и внуки его избрали совсем другую профессию. Один из внуков даже стал летчиком, летал по маршрyту Ташкент — Москва. Другой — преподавателем в университете. Только вот старый дед все никак не соглашался покинуть свое место на рынке и уйти на заслуженный отдых.

В этот день Алескер, как всегда, встал ровно в полдень, чтобы совершить намаз, ежедневную молитву, полагавшуюся правоверному мусульманину. Он не был особо верующим, просто привычка к подобному ритуалу сохранилась в нем еще с молодости, когда намаз совершал дед, истово верующий мусульманин, умудрившийся даже исполнить хадж в Мекку.

Он уже заканчивал молиться, когда услышал голоса. Один из них показался ему знакомым. Он привычно закончил молитву и, поднявшись на ноги, подошел к задней стенке своего небольшого магазинчика, завешенного ковром. В соседней лавке явно говорили о чем-то тревожном. То и дело слышался гневный голос одного из говоривших. Алескер вспомнил наконец этот голос. Это был Рахимов, начальник милиции их района. А вот второй собеседник был ему незнаком.

— Ты пойми, — гневно говорил Рахимов, — если вы так будете работать, у нас ничего не выйдет. Я людей твоих вечно из дерьма вытаскивать не буду, надоело. Ты это учти.

— Зачем грозишься, начальник? Мы ведь все прекрасно понимаем. Просто ошиблись. В этот раз так получилось, больше такого не повторится.

— В прошлом году ты говорил то же самое.

— В прошлом году не было Камалова. А теперь он сидит на таком месте и мешает нам работать.

— Это не мое дело. И не твое. Ты свое дело сначала научись делать правильно, а уже потом берись судить других людей.

Разговор шел на узбекском, и говоривший с Рахимовым незнакомец изъяснялся с легким акцентом. «Так обычно говорят таджики, привыкшие к своей фарсидской речи», — подумал Алескер.

Тюркоязычные народы Средней Азии — казахи, узбеки, туркмены, киргизы — говорили на родственных языках, несколько похожих на турецкий. Из-за сильного многовекового разобщения эти языки, принадлежавшие к одной группе, довольно сильно различались. Лишь азербайджанский язык оказался очень похожим на турецкий, за исключением нескольких слов и обращений. В первом случае встречались русские слова, во втором — французские.

Таджики — единственные из народов Средней Азии говорили на фарси, языке, схожем с языками своих соседей в Иране и Афганистане. Когда таджики переходили на узбекский, это сразу чувствовалось и незаметный акцент выдавал говорившего. [1]

— Просто я хотел вам напомнить, уважаемый, что иногда бывают ошибки и не по нашей вине.

— Это меня не касается. С меня тоже долю требуют. И начальник городской милиции, и министерство. Все знают, что рынок на моей территории. А вместо денег я должен давать им твои объяснения? В таком случае меня быстро выкинут и возьмут другого. А тот, новенький, потребует с вас в два раза больше, это ты должен понимать.

— Мы все понимаем, И поэтому очень высоко ценим вас. Просто в этот раз произошло досадное недоразумение. Мы обязуемся заплатить и за этот случай, хотя все и сорвалось, вы можете не беспокоиться. Главное, чтобы груз дошел до Ташкента.

— Не беспокойся. Мои люди встретят ваш груз еще на границе и привезут все сюда в целости и сохранности.

— Да услышит ваши слова Аллах!

— Вы только не забывайте о моей доле, и все будет нормально.

— Конечно, конечно.

— А что там за человек прошел с вашим грузом на границе?

— Какой человек? — даже Алескер понял, как испугался собеседник Рахимова, услышав его изменившийся голос.

— Ты мне дурака не валяй. Ты мне скажи, откуда взялся этот человек. И почему он не пошел с грузом, как обычно?

— Вам и это сказали? — растерянным голосом спросил незнакомец.

— Я поэтому и работаю столько лет в милиции, чтобы все знать. Мне все говорят. Пограничники решили, что это ваш человек, и, как обычно, пропустили всех. Но мой человек знает всех твоих людей в лицо. Он и заметил этого незнакомца, который потом ушел в другую сторону. Тебе мало наркотиков, шпионажем решил подзаняться? Совсем с ума спятил?

— Кто вам сказал, уважаемый, этого быть не может.

— Я все знаю. Слава Аллаху, у нас еще не все развалено, как в твоей республике. Здесь у нас порядок.