– Хочу.

– Назад дороги не будет, парень, – сказал Фишелевич.

– Может, хватит говорить загадками? – устало спросил я. – Кто вы такие? Чего добиваетесь?

– Мы «угрозы», Алекс, – ответил Хайро. – Мы расскажем тебе все, но начну я с истории о том, как несколько человек чуть более полувека назад решили спасти мир. Ты их знаешь как отцов-основателей «Сноусторма».

Семеро бывших миротворцев родом из негражданских дистриктов, раскиданных по самым неблагополучным районам планеты, – Рой Ван Гардерен, Мария Саар, Йошихиру Уэмацу, Хайро Моралес, Уильям Брисуэла, Сергей Юферов и Леонид Фишелевич – были реальными «угрозами» для существующего мирового порядка. Мир об этом не знал. Возможно, догадывался, да и то лишь определенная его часть.

В то, что они мне рассказали, было сложно поверить. Тот Алекс Шеппард, что чуть более полугода назад сидел на лавочке у «Буйной фляги» с Евой О’Салливан, точно бы не поверил. Но я поверил, пока не безоговорочно, но почти. Как было не поверить, когда их информация исчерпывающе объясняла все те чудеса, что я наблюдал? Божественные озарения в реале? Люди-биороботы? Странные обмолвки Бегемота? Патрик О’Грейди, создание двух миров? Ответы на все эти загадки были в истории «семерки».

В свете рассказанного смерти Роя и Марии стали еще более невыносимыми. Кого я видел в этой парочке телохранителей-ветеранов? Бывших миротворцев, которые не нашли себя в легальном поле и с радостью приняли не сказать что высокооплачиваемую работу в «Пробужденных». На деле оказалось иначе. Да и работали они не ради денег.

– Готов? – спросил Йоши, надев на мою голову ментальный обруч.

– Главное, чтобы после процедуры я не начал пускать слюни и ходить под себя, – проворчал я, зевая.

Наш разговор затянулся до рассвета, потому мне безумно хотелось спать.

– Максимум, зацепит чуть больше, – ответил японец. – Забудешь несколько лишних часов, ничего страшного, напомним. Досчитаю до трех и активирую. Один…

Он обманул меня, не досчитав до трех – на «два» мир потемнел и забрезжил на краю сознания. По ощущениям я лежал в кровати один, в полной темноте. Повернув голову, я ощутил далекий, едва уловимый запах Риты, но ее рядом не было.

Несколько раз моргнув, я попытался смахнуть пелену, которая, словно налипшая паутинка, щекотала глаза. Только что мы собирались устроить клановое совещание и собрались в гостиной моих апартаментов, а сейчас я лежал в спальне и видел перед собой лишь Йошихиру Уэмацу и матовые очертания капсулы погружения.

Я встряхнулся, огляделся. Никого, лишь я и японец. Внимательно всмотревшись мне в глаза, он кивнул и снял что-то с моей головы.

– Где все? – спросил я.

– Как ты себя чувствуешь? – не ответив, сам спросил он.

– Странно. Как будто проснулся, но ни фига не выспался.

– Ты не спал. Вернувшись с гражданских тестов, ты узнал кое-что, что тебе нельзя знать, пока вопрос не разрешится, Алекс. Я очистил твою кратковременную память, чтобы не подставлять тебя перед Небесным арбитражем. Сейчас тебе нужно поспать – чтобы отдохнуть и восстановить поврежденные нейроны.

Йоши положил холодную сухую ладонь мне на лоб, и я отключился. Помню лишь, что успел прошептать что-то о Тиссе, которой нужно обязательно встретиться с Лиамом…

Утром, когда я проснулся и начал вставать с кровати, у меня скрипело все тело. Язык и горло казались наждачной бумагой – во рту пересохло так, что даже зубы слиплись.

– Доброе утро. – В приоткрывшемся проеме двери показалась голова Йоши – круглая, с вздыбленными волосами, она напоминала ананас. – Вода с электролитами на столе. Напейся, ты проспал больше суток.

Пока я пил, он объяснил, что после коррекции памяти долгий продолжительный сон – это нормально. Скорее даже неизбежно. Что же они мне стерли? Неужели я умышленно пошел на это? Или… На мгновение проснулась паранойя – а вдруг меня принудили?

– За забытые события не переживай, – словно прочтя мои мысли, сообщил японец. – Когда настанет благоприятный момент, ты увидишь запись всего, что я удалил из твоей памяти.

Следующие часа два я прожил, чувствуя себя роботом. Двигался на автомате, подчиняясь больше привычкам, чем разуму. Немного ныла голова, но пробежка немного сняла боль, а после контрастного душа и вкусного завтрака она полностью исчезла.

Мою паранойю развеяли Ханг и Томоши, подтвердившие, что коррекция памяти произошла с моего согласия и была неизбежна. Правда, когда выяснилось, что эти двое также подверглись коррекции, подозрения снова зашевелились.

От парней же я узнал, что Тисса улетела встречаться с Лиамом на остров «Белых амазонок», Ханг достиг Подводного царства нагов и уже начал наращивать с ними репутацию, выполняя квесты, а Томоши, расследуя исчезновение Кусаларикс, кое-что выяснил.

Урсайский оракул, за предсказания которого надо было заплатить миллион золотых (пожертвования принимались и в виде дорогих предметов), сообщил, что сильнейшая гоблинша Диса жива и мертва одновременно. Гирос потратил еще миллион, пытаясь выяснить подробности, но оракул дал лишь туманную подсказку: «Бесполезно искать иголку в стоге сена, если ее там нет».