– Вы правы, - усмехнулся водитель.
– Итак, едем к озеру. Надо посмотреть, действительно ли там большие волны...

Они на большой скорости миновали новые кварталы Цюриха, застроенные многоэтажными и башенного типа домами, повертелись, меняя направление и возвращаясь на те улицы, где только что побывали, выехали в предместье и повернули наконец к озеру.

– Мы должны были ехать в Веденсвиль, - сказал Холидей, когда Жозеф остановил машину на высоком берегу озера и, пятясь, зажал ее в боковой проезд.

– Да, но планы изменились. Поговорим здесь.
– Он сидел, не снимая с руля рук в кожаных перчатках.
– Определенные круги, для связи с которыми вы прибыли сюда, сеньор де Сантос, поручили мне сообщить, что там...
– При этих словах он поднял глаза к брезентовому тенту машины, и вся его физиономия выразила глубочайшее почтение к тем самым "определенным кругам".
– Там принято решение согласиться с вашими предложениями. И чем скорее мы договоримся о конкретных деталях, тем лучше.

– Почему так поспешно? Еще вчера вы были склонны затягивать переговоры, стараясь выиграть время, а сегодня... Или русские действительно дали вам добрый пинок на Востоке?

– Вы уже знаете?
– зло глянул на Элвиса Жозеф.

– Я ваш коллега, дорогой герр Жозеф, - улыбнулся Холидей.
– Надеюсь, вы не принимаете меня за классного наставника из пансиона для благородных девиц? А может быть, это ваша профессия, герр Жозеф?

– Я не могу принять ваш легкомысленный тон, сеньор де Сантос, ответил тот.
– Положение слишком серьезно. Наша армия испытывает крупные затруднения на Востоке. Командование снимает 5-ю и 6-ю танковые армии с Западного фронта и тем самым свертывает наступление против союзнических войск. Прошу передать это вашему шефу. Считайте переданную мной информацию первым залогом нашего будущего сотрудничества. Завтра во второй половине дня в Эммене, неподалеку от Люцерна, мы ждем вашего человека с полномочиями, которых будет достаточно, чтобы окончательно договориться о деталях и принять наши условия.

– Полномочия?
– спросил Холидей.
– Ваши условия?

– Да, мы согласны с, вашими предложениями в принципе, но в деталях... Тут следует подумать еще.

– Хорошо. На встрече будете вы?

– Нет. Молодая блондинка в голубой шубке. Она будет со светлым "мерседесом" у заправочной станции в южной части Люцерна.

– А она ничего, эта ваша новая Мата-Хари?

– Это не относится к делу, - сухо сказал Жозеф.
– Впрочем, она достаточно миловидна. Итак, блондинка в светлом "мерседесе" на заправочной станции рядом с кафе "Молчаливый дрозд". Пароль: "Мадам, если вы боитесь дорожной скуки, возьмите меня до Берна". Ответ: "А что дальше, Лозанна или Берн?" Второй ответ: "Рекомендую вам доктора Дриттенбау".

Гауптман Вернер фон Шлиден и обер-лейтенант Фридрих фон Герлах проехали уже Людвигсвальде, когда их машина была остановлена эсэсовским патрулем, состоявшим из десятка солдат со штурмфюрером во главе.

Офицер медленно просматривал документы, и Вернер видел, как постепенно наливается злостью его приятель.

Штурмфюрер наклонился к открытому окну машины и с шумом втянул воздух.

– Неплохо повеселились, а?
– подмигнул он обер-лейтенанту.

Фон Герлах сощурился, уголки его рта презрительно опустились вниз.

– Вынюхивать - это у вас природное качество или присваивается вместе со званием офицера СС?
– сказал он.

Вернеру стало жарко. Он-то уж знал, чем могут обернуться такие слова.

Штурмфюрер побледнел, отступил на шаг. В это время сзади противно взвизгнули тормоза, и длинный черный лимузин Поравнялся с задержанной машиной.

– В чем дело?
– послышался знакомый голос из лимузина, и Вернер понял, что на этот раз неслыханная дерзость сойдет Фридриху с рук.
– В чем дело? опять спросили из лимузина.

Штурмфюрер открыл уже рот, чтобы ответить, но гауптман быстро распахнул дверцу машины, выскочил на дорогу и, прежде чем эсэсовец успел ему помешать, подошел к лимузину, нагнулся к полуопущенному оконному стеклу.

– Оберштурмбанфюрер?!
– сказал он.

– О, да это же гауптман фон Шлиден! Здравствуйте, Вернер! Что здесь случилось?
– И оберштурмбанфюрер Вильгельм Хорст стал вылезать из машины.

– Этот молодой человек принял нас с Фридрихом за русских шпионов, нагрубил обер-лейтенанту и вообще вел себя недостойно офицера прославленных войск СС!

– Но позвольте, оберштурмбанфюрер...

Начальник патруля даже задохнулся, услыхав такую наглую ложь.

– Молчать!
– рявкнул Хорст.
– Вы оскорбили лучших офицеров вермахта, вели себя как свинья! Разве этому нас учит фюрер, партия?

– Это у него, верно, от молодости, - примиряюще сказал Шлиден.

– Идите!
– Вильгельм Хорст махнул рукой.
– И не попадайтесь мне на глаза!

– Вы поедете со мной?
– обратился он к Вернеру.

– Но я с фон Герлахом, моим другом, - замялся гауптман.
– И потом... В общем, машину веду я.