Командование распорядилось раздать все военные запасы, обеспечить форты двойным и тройным боекомплектом. "Пусть снаряды взрываются, а автоматы стреляют", - сказал генерал Отто фон Ляш...

Майор мотался по городу, следя за тем, как пустеют арсеналы, контролировал, где и какие части получают то, что им было выделено штабом округа. Однажды, когда он был в арсенале неподалеку от форта "Король Фридрих-Вильгельм III", в Кведнау, комендант арсенала передал ему телефонную трубку.

– Да, это я, майор Вернер фон Шлнден, - сказал Вернер невидимому собеседнику. Потом он плотно прижал трубку к уху, молча выслушал и ответил: - Хорошо!
– и положил трубку на рычаг,

Курта Мюллера не было часа полтора, Йозеф Брандт беспокойно поглядывал на часы, ему было страшно оставаться одному в пустой квартире. Он уже жалел, что рассказал обо всем брату, и снова беспокойно смотрел на часы. Старик поднялся, помедлил с минуту, потом решительно шагнул к двери и спустился по лестнице вниз, в свою квартиру. Едва он успел раздеться, как дверь отворилась и вошел Курт Мюллер.

– Быстро собирайся, Йозеф!
– сказал он.
– Зачем ты пришел сюда? Тебе надо уходить. Быстро уходить, понимаешь?

Брандт заметался по комнате, хватая вещи.

– Что ты делаешь? Старый черт, одевайся, и пошли. Оставь все здесь...

Брандт выпустил из рук костюм, который он уже вынул из шкафа, и, увлекаемый Куртом, вышел в прихожую, где висел его плащ.

Но уйти им не удалось. Входная дверь распахнулась. В прихожую буквально вломился высокий офицер-эсэсовец, тот самый, что приезжал за Брандтом на черной машине.

Он выхватил пистолет:

– Руки вверх! Назад, в комнату!

Старики подняли руки.

– Повернуться! Марш!

Оберштурмфюрер Гельмут фон Дитрих стволом пистолета толкнул Мюллера в спину.

– Не успели, - не опуская рук, шепнул Мюллер Йозефу Брандту.
– Прощай, брат...

– Молчать!
– рявкнул оберштурмфюрер.

Он поднял пистолет, намереваясь выстрелить Брандту в затылок, но услышал шаги в прихожей, прыгнул в сторону и встал так, чтобы держать под прицелом и дверь, и братьев.

В комнату быстро вошел человек в офицерской накидке. Увидев его, Гельмут изумленно поднял брови, рука с пистолетом опустилась вниз. Он открыл рот, но произнести не успел ни слова.

Оберштурмфюрер так и умер изумленным и с открытым ртом.

Стоявшие лицом к стене Курт Мюллер и Йозеф Брандт услыхали выстрелы и решили, что уже умерли... Потом они услыхали голос, но уже другой:

– Надо его убрать. Помогите.

Они повернулись и увидели офицера, который засовывал пистолет в кобуру, и труп эсэсовца.

– Кто из вас Йозеф Брандт?

– Я, - выступил вперед старый механик.

– Ваши документы.

Офицер взял в руки удостоверение личности фольксштурмовца, посмотрел и, наклонившись над трупом, засунул его в карман убитого им Дитриха.

– Выходите из дому и идите к соседней площади. Там будет ждать "опель-кадет". Подойдите к водителю машины и назовите свое имя. Он доставит вас в безопасное место.

Йозеф Брандт пожал руку Мюллеру, покосился на оберштурмфюрера и вышел.

– Вы Курт Мюллер?
– спросил человек в офицерской накидке, Останьтесь. Мне нужна ваша помощь.

Ночью Кенигсберг усиленно бомбила советская авиация.

Утром оберштурмбанфюреру Вильгельму Хорсту доложили, что в районе Понарта обнаружен труп оберштурмфюрера Гельмута фон Дитриха. Судя по всему, оберштурмфюрер погиб от разрыва бомбы.

Хорст в сопровождении автоматчиков выехал на место происшествия. Труп Гельмута лежал там, где его обнаружили. Хорст откинул покрывало, долго смотрел в почерневшее лицо оберштурмфюрера. Невеселые мысли пронеслись в его голове. Хорст не был высокого мнения об умственных способностях Гельмута, но верил в его искреннюю преданность себе. Усилием воли Хорст поборол печальные размышления, отвернулся и механически принял от стоявшего рядом гауптмана пакет с бумагами покойного... Среди документов оберштурмфюрера Вильгельм Хорст обнаружил удостоверение на имя рядового батальона фольксштурма Йозефа Брандта. Хорст внимательно посмотрел удостоверение, сунул обратно в пакет с документами и положил его в карман шинели.

– Он выполнил свой долг, этот доблестный воин фюрера!
– громко сказал оберштурмбанфюрер и осторожно закрыл покрывалом черное лицо Гельмута фон Дитриха.

Юркий "опель-кадет" нырнул в узкий переулок, заехал на тротуар, обогнул обломки упавшей стены и остановился у подъезда уцелевшего дома. Дверца машины открылась, и сидевший рядом с водителем пожилой человек торопливо вошел в подъезд. "Опель-кадет" развернулся, снова его колеса въехали на тротуар. Виляя из стороны в сторону, машина медленно поехала к центру города. Несколько раз водителя останавливали эсэсовские патрули, но пропуск, подписанный самим обергруппенфюрером СС Гансом-Иоганном Бёме, открывал "опель-кадету" дорогу.