Я не рассказала о своем приобретении жениху. На работе предупредила, что мне нужно уехать по личным делам далеко за город. Коллеги испугались, что что-то случилось с моим здоровьем, а я испугалась, что что-то случилось с моей головой. Потому что я не только не чувствовала стыда или страха, но ещё и ощущала прилив какой-то небывалой энергии.

20 марта проводив любимого в Москву, я сама начала собирать чемоданы на другой конец света. Ни родители, ни друзья не знали о моей авантюре. Я боялась, что они начнут меня отговаривать, и я брошу все задуманное. Один брат узнал о моём плане и невероятно меня поддержал. Когда перед самым вылетом на моих глазах появились слезы, а сердце сжалось в колючий комок, он дал мне морального пинка и убедил, что пути назад нет. Он был безумен, как и я. В нас текла одна кровь.

И вот, впервые в своей жизни я сидела на борту огромного Боинга, вжавшись в кресло и абсолютно не понимая, что меня ждёт впереди.

Взлёт. Чувства невесомости, страха и радости смешались в моём животе в коктейль сильно действующих гормонов. Меня затошнило. Я закрыла глаза и проскулила. Женщина на соседнем сиденье начала успокаивать меня и рассказывать, как она тоже когда-то боялась самолётов, но преодолела свой страх ещё до развала Советского Союза. Позже она угостила меня маленькой шоколадкой.

Мне полегчало.

За 5 часов я увидела небывалые красоты. Афганские пустыни и горы, огромные реки, похожие на узенькие ниточки, и белые, как молоко облака. Я не знала, что, когда ты поднимаешься в воздух – так закладывает уши, и что на высоте более 8 000 метров небо становится практически чёрным.

Ночью я вышла в аэропорту Дубая. У меня была пересадка. Почти 8 часов мне пришлось торчать в мусульманском аэропорту. У меня сводил желудок от впечатлений. Всё было таким огромным и незнакомым. Я бегала в туалеты, в которых вместо бумаги были маленькие душевые насадки, поражалась женщинам, которые полностью облачились в чёрные одежды. Рассматривала мужчин в белых одеяниях и шлёпанцах. Гладила позолоченные перила и любовалась огромными фонтанами.

Восемь часов ожидания сделали своё дело. В сумме я уже не спала больше суток, поэтому, когда села в самолёт до Шри-Ланки тут же уснула. Меня разбудила стюардесса, когда мы начали приземляться. Я себя чувствовала помятой и убитой. Однако, как только посмотрела в окно, моё сердце застучало, словно Царь-колокол. Я никогда не забуду эту картину, будто изображение с обёртки шоколадного батончика «Bounty» перенесли в 3D пространство. Этот чудесный пейзаж.

Это утреннее солнце, что осветило райский остров с бесконечными пальмами и океаном. Я оказалась в раю. Мне так казалось до тех пор, пока я не вышла на трап. Рай резко превратился в удушливый ад.

Меня сплющило от жары и духоты. После мартовских «морозов» здесь было крайне неуютно. В самолёте сообщили, что за бортом плюс 28 градусов. Хотя было ещё утро, и солнце даже не выпустило свои когти, чтобы растерзать мою кожу. Я была в джинсах, а в руках держала зимнюю куртку. Нас поместили в душный автобус и повезли до входа в аэропорт.

Я растерялась. Индусы расползлись как швы на брюках после новогодних каникул, и я не могла понять, что к чему. Какой-то иностранный язык, духота, непонятные закорючки вместо надписей, а над ними английские буквы. Я встала в какую-то очередь за синюю линию на оформление визы. Простояла минут 30, в итоге оказалась не в той очереди. Пошла в другую – за красную линию. Простояла минут 40. Оказалось, сначала надо было заполнить бумажку на соседнем столе. Заполнила. Проматерилась. Простояла ещё около часа.

В паспорте мне поставили печать и пустили забирать багаж. Я оказалась последней в своём рейсе.

Как только вышла на улицу, меня тут же окружили местные таксисты. По натиску и назойливости, они превосходили наших. Вот только их транспорт несколько отличался. Они имели миниатюрные машинки без окон и дверей, больше похожие на скутера с самодельными крышами. Азиаты нежно их прозвали «тук-туками». Я села в один из них.

Было здорово. Спустя сутки я ехала на тук-туке в совершенно чужой стране, разглядывала пальмы, разноцветные автобусы, фрукты, что буквально валялись по обочинам дорог, людей, что не походили на привычных обывателей русских глубинок. Я доверяла какому-то незнакомому водителю и не имела другого выбора. Мне некуда было ехать. Я не бронировала отель. Впервые в жизни пустила всё на самотёк. Ланкиец сразу сообщил мне, что дядя его друга сдает комнату в пригороде Коломбо, прямо на берегу океана. Меня это устроило, и вот мы мчались по пыльным дорогам в то место, где я собиралась жить целый месяц.

Через 40 минут мы прибыли. Казалось, солнце высасывало мою душу. Мне становилось нечем дышать. Я кое-как сделала несколько шагов в сторону «коттеджа», что напоминал мне обычный дачный домик где-нибудь под Курском, и собиралась уже оформить своё проживание, как водитель потребовал оплату труда.

– 3000 рупий, – сказал улыбчивый мужчина.

Это 1500 рублей по нашему курсу. Я слышала, что Шри-Ланка – страна недорогая, поэтому меня смутила эта сумма.

– Дам 2000 рупий, – сказала я по-английски (там все разговаривали по-английски).

– Что? – оскорбился ланкиец и начал качать головой и цокать языком, – Садись, я отвезу тебя обратно!

– Но тогда это будет ещё дороже для вас.

Водитель ещё больше оскорбился, вытащил мой чемодан из тук-тука и прижал к себе, намекая на то, что мой багаж останется у него в залог до тех пор, пока я не отдам всю сумму.

Мне стало не по себе. Я так быстро вляпалась в какую-то неприятную историю, что не успела даже подумать о последствиях. На моё спасение я услышала мужской голос за спиной.