— Темп, темп парни держите! — Крикнул я со скамейки запасных. — Они второй день не просыхают!

— Нам как будто легче, — пробухтел, сидящий рядом Коля Свистухин.

— Смена, — скомандовал ассистент главного Виталич, после проброса, который сделала наша команда. — Пионерский отряд Котика на лёд.

— Котики за мной, — сказал я своим юниорам, перелезая через борт.

В правый круг вбрасывания в нашей зоне защиты я заехал первым. Табло показывало девятую минуту первого периода, а против нас вышла лучшая пятёрка ленинградских армейцев. Защитники Егоров и капитан СКА Козлов, который лишь чуть-чуть уступал мне в габаритах. И тройка нападения: Пётр Андреев, Сергей Солодухин и Олег Иванов. Кстати, у Солодухина в другой тройке играл ещё и брат Вячеслав, тоже центрфорвард.

«Наверное, Пучков решил своей лучшей пятёркой задавить нас, юниоров», — подумал я, ставя клюшку на лёд. За вбрасывание пришлось немного потолкаться с Солодухиным, потому что шайба непослушно запрыгала по льду и застряла между наших клюшек. Лишь коньком я отбросил её на защитника Юру Фёдорова. Он быстро перевёл влево на Астафьева. Я двинул Солодухину, чтоб отцепился и выкатился на центр своей зоны защиты.

— Дай через борт на Скворца! — Гаркнул я Астафьеву, потому что выводить шайбу через центр — это себе дороже, любой обрез и сразу же опасный момент.

Но наш лучший оборонец итак это знал, поэтому Скворцов через мгновение получил от него пас.

— На ход! На ход! — Заблажил я, делая рывок в среднюю зону.

Сашка заложил резкий вираж, ушёл от контакта с Андреевым, правым крайним ленинградских армейцев и выкатил мне шайбу как по заказу на ход.

— Играем «паровоз»! — Выкрикнул я, подхватывая резиновый диск и на хорошей скорости пересекая красную линию, а затем и чужую синюю.

Скворцов тоже бросился следом, а Вовка Ковин в тоже время ускорился параллельным курсом по правому флангу нашей атаки.

— Шайбу! Шайбу! — Грянули трибуны, которые немного заскучали на безрезультативной и скучной игре.

В зоне ленинградских армейцев я быстро отпасовал назад и объехал здоровенного Козлова, который хотел меня принять на корпус, но пролетев мимо, остался вне игры. Вторым темпом шайбу подхватил Скворцов, в касание прочертил диагональ на Ковина, а Володя выкатил черный диск справа на левый край. И мне лишь осталось подставить крюк клюшки, чтобы шайба влетела под перекладину в пустой угол ворот, голкипера СКА Владимира Шаповалова.

— Го-о-ол! — Закричали довольные трибуны тем, что сейчас хоккеисты, наконец, забегают.

А когда я покатил на скамейку запасных, защитник СКА Козлов как бы невзначай толкнул меня плечом.

— Сучонок, — тихо шикнул он.

— Приятно познакомиться, — улыбнулся я в ответ.

— Шайбу с подачи Владимира Ковина, номер двадцать второй, забил Иван Тафгаев номер семьдесят первый, — объявил диктор по стадиону.

— Молодчики! — Поздравил мою тройку на скамейке запасных ассистент Виталич.

Однако вместо голевой феерии, ещё на несколько смен опять затянулась тягучая с большим количеством брака, остановок и зацепов игра. И лишь в последние пять минут народ на трибуне дважды оживился. К сожалению оба раза забивали они нам, а не мы им, поэтому на перерыв ушли со смешенными чувствами, при счёте 1: 2 в пользу СКА.

— Докамандовался! — Высказал мне в раздевалке игрок четвёртой тройки Орлов, растянувшись в кресле.

— Не понял? — Я угрожающе встал и навис над партнёром по команде. — Ваша тройка закончила первый период с минус два! Виталич, — обратился я к растерянному ассистенту «папы», — запиши, во втором периоде играем в три тройки нападения и в две пары защитников, как ленинградцы. Либеральные эксперименты первой двадцатиминутке обнуляем. Есть желание получить в торец? — Я посмотрел на тройку Орлова.

— Лёха? Сергеич? — Орлов ища поддержки, посмотрел на капитана и нашего прославленного вратаря. — Какого х…я?

— Бухать нужно было меньше, — махнул рукой Мишин.

— А ты наливал? — Обиделся Володя Орлов.

— Наливал, не наливал, навозили вас — будь здоров, теперь сушите вёсла, — Коноваленко тоже встал на мою сторону.

Перед выходом на вторые двадцать минут Леша Миши меня тормознул в подтрибунке:

— Помнишь на тренировке, как Фрола посадил на попу? — Улыбнулся он. — Давай так по Ленинграду вдарь. Расшевелим команду.

— Вдарю как «Аврора» в семнадцатом году, — согласился я, тем более на их капитана Козлова уже итак кулаки чесались.

И в первую же смену на лёд выкатилось наше юношеское звено. У армейцев ожидаемо оказались в старте Козлов с Егоровым, и кроме них вторая тройка нападения с центрфорвардом Вячеславом Солодухиным. После вбрасывания шайбой, к сожалению, завладели хоккеисты с города на Неве. И поэтому какое-то время мы пытались как можно строже отпахать в обороне.

А вот когда Коноваленко отбил шайбу перед собой, тут уже наступило моё время. Славу Солодухина я могучим плечом оттёр в сторону и отпасовал вправо на Ковина, получил обратную передачу и повёл тройку нападения в атаку. И перейдя центральную красную линию, я закинул шайбу по высокой траектории в левое закругление, туда, куда первым должен был добраться защитник армейцев Паша Козлов.