— Еда, — говорит он, шевеля растением около моего рта. — Еда.

Я смотрю на светло-голубое светящееся растение. Я неуверенно выгибаю бровь.

— Ты уверен? Я не местная. А что, если это вредно для меня?

— Еда, — говорит он более настойчиво.

Он снова делает движение, но на этот раз в его жестах есть резкость. Когда я все еще колеблюсь, он берет мою руку, держащую кусочек растения, и подносит ее к моему рту, резко кивая.

— Ладно, — говорю я, прикидывая, какого черта.

В моей голове не переставало стучать в течение нескольких дней, и я должна признаться себе, что по крайней мере, чувствую слабость. Я не дура, и чертовски хорошо знаю, что страдаю от перегрева и обезвоживания, которое только усиливается. В конце концов мое тело полностью отключится. Честно говоря, это должно было произойти раньше.

Я кладу растение в рот, просто позволяя ему полежать на моем языке. Кислый, почти пряный вкус наполняет мой рот. На вкус как… грязное карри. Лэйдон внимательно наблюдает за мной и, когда я не глотаю, изображает, что жует.

— Еда, — настаивает он.

По его настоянию я начинаю жевать. Что еще мне остается делать? Когда я прикусываю в первый раз, холодок пробегает по моему горлу, а затем взрывается в моих конечностях. Это шокирует, но не неприятно. Пока я продолжаю жевать, ощущения нормализуются, и мне кажется, что мое тело оживает. Как будто каждая клеточка моего тела разом начинает просыпаться. С тех пор, как очнулась после крушения, я чувствовала термический перегрев. Теперь я чувствую себя круто. Моя головная боль прошла. Легкая тошнота и спазмы в животе исчезают. Я изумленно смотрю на Лэйдона. Я также чувствую себя сильнее. Как будто могу поднять его над головой и легко нести.

Я вопросительно смотрю на остатки собранного растения.

— Эпис, — повторяет он снова.

— Я должна поделиться им со своими друзьями, — говорю я.

Он смотрит на меня, явно не понимая. Я хмурюсь, пытаясь сообразить, как донести мысль о друзьях. Зная историю его планеты, это понятие может быть ему чуждо. Как давно произошло то, что я видела в том видео? Жил ли он в те времена? Неужели он был одинок всю свою жизнь?

— Друзья, — повторяю я.

Я должна принести это им. Я чувствую себя потрясающе. Чем больше я жую, тем лучше себя чувствую. Покалывание пробегает по всему телу и по всему организму. Я буквально чувствую, как мое тело восстанавливается. Я качаю головой, поражаясь своим чувствам, и тут до меня доходит, как сказать то, что я хочу сказать.

— Друзья, — говорю я, но теперь изображаю, как что-то падает с неба.

Он наблюдает за моими руками. Я показываю на себя, затем поднимаю правую руку высоко вверх, складываю пальцы и изображаю падение, указывая от себя на руку, опускающуюся вниз.

— Друзья, — повторяю я.

Лэйдон улыбается. Кажется, он понимает, и во мне поднимается возбуждение. Я указываю на эпис, затем повторяю ему «друзья». Он отрицательно качает головой.

— Почему? Моим друзьям он нужен. Почему я не могу отнести его им?

Он много говорит, а я не могу понять. Я улавливаю только слово эпис и все. Он пожимает плечами и качает головой, но выглядит грустным. Он несколько раз указывает на эпис, потом на потолок, из которого он растет. Я качаю головой, не понимая, и он пытается снова. Он опускается на колени рядом с ним и указывает, двигая рукой, как будто показывает что-то мне. Прошло совсем немного времени с тех пор, как он собрал растение, но я вижу, что свечение почти исчезло. Я проглатываю кусочек, оставшийся во рту, и опускаюсь на колени рядом с ним.

Я роюсь в рюкзаке и нахожу материю, в которую он заворачивал мясо. Я осторожно сматываю эпис в маленький пучок. Лэйдон касается моей руки, и я смотрю на него. Он качает головой и снова указывает на эпис.

— Нет, — говорит он, качая головой.

— Но почему? Им он тоже понадобится. Я чувствую себя потрясающе и хочу, чтобы мои друзья выжили.

Он хмурится, и я вижу, что он так же расстроен, как и я. Он снова показывает на него и говорит «нет» вместе с несколькими другими словами, которых я не понимаю. Я должна применить к этому логику. Я снова смотрю на растение, и теперь свечение исчезло. Я беру конец нити, отрываю маленький кусочек и кладу его в рот. На вкус он совсем другой. Он никакой, и кислый пряный вкус исчез. Я жду прилива холодка, который испытывала ранее, но он не приходит.

— Черт возьми! — восклицаю я в отчаянии.

Эффект длится недолго. Это должно быть как-то связано со свежестью растения. Это значит, что у меня нет другого выбора, кроме как привести своих людей в город. Я не знаю, выжили ли они, но у них были припасы. Это больше, чем было у меня, когда меня нашел Лэйдон. Может быть, с ними все будет в порядке. Нет, с ними все должно быть в порядке. Я стараюсь не думать обо всех существах, от которых Лэйдон защитил меня. У них есть оружие. С ними все будет хорошо.