Шрифт:
Альберт хмурит брови, явно недовольный тем, что я пытаюсь им манипулировать. В замешательстве смотрит на дверь, к которой мы стремительно приближаемся. Перекладывает из руки в руку плеер…
— Ладно, — наконец сдаётся он. — Сейчас дам распоряжение, чтобы напечатали новый контракт.
Покончив с делами, мы возвращаемся в машину. Ася очень тиха и задумчива.
— Ты ему врезала, да? — не могу скрыть восхищения.
— С чего ты взял? — она опускает взгляд, но её губы тут же дёргаются в улыбке.
— Я видел его бордовую щёку. Этого, конечно, недостаточно, но… Пощёчина наверняка ударила сильнее по его самолюбию. И ещё сильнее ударит новый контракт с отстранением его от дел, — довольно откидываюсь на спинку кресла. Вздыхаю. — Будем считать, что мы отомстили.
Ася тоже расслабляется в кресле. Мы просто смотрим друг на друга. Нас разделяют какие-то жалкие полметра, и это чертовски много. Неожиданно она начинает смеяться. Я смотрю на неё с недоумением, но тоже улыбаюсь.
— Что?
— Просто рада, что всё закончилось. Я так нервничала, а сейчас меня отпустило.
— Ты прекрасно справилась…
Я тоже послушал запись, пока печатали новый контракт. Ася спела, как и всегда, божественно. Да ещё и постоять за себя смогла.
— Странно, что ты не врезала мне, когда я к тебе клеился, — хмыкаю, вспоминая, как обихаживал её целый месяц. Как ворвался в гримёрку… — Так почему я не получил пощёчину, Ась?
— Потому что… — отвернувшись, она направляет взгляд в окно.
— Почему? — я наседаю.
— Наверное, потому что я хотела, чтобы ты ко мне приставал, — тихо говорит она, возвращая взгляд к моему лицу. — Ты говоришь, что влюблён в меня, Кирилл… И мне просто до безумия хочется ответить тебе тем же. Но в слово «люблю» не получается уместить всё то, что я к тебе испытываю. Симпатию… тоску, когда тебя нет рядом и жажду прикоснуться к тебе, когда ты близко… благодарность… Непередаваемую благодарность и признательность за всё, что ты делаешь для меня.
— И сейчас последует какое-то «но»?
— Мне нужно самой разобраться в ситуации с Олегом. Поговорить с ним. Возможно, он не будет отрицать того, что наши отношения пребывают в тупике, и что мы просто существуем рядом. Возможно, у нас получится уладить всё мирно, без скандалов и драм.
— Хм… драмы. Теперь это моё любимое слово, — безрадостно хмыкнув, завожу мотор. — Я уже сказал, что дам тебе время, Ась. Но это будет очень короткий интервал. Максимум — неделя.
Глава 26
Ася
По дороге к гостинице мне звонит Олег. Сухо расспрашивает, как всё прошло, и я воодушевлённо рассказываю ему о том, насколько крутая студия у Зиновьева.
Кирилл косится на меня с раздражением.
Быстро перевожу разговор на Макса. Олег даже включает громкую связь, и я слышу, как сын говорит мне будто бы заученную фразу о том, что он соскучился, и когда я уже приеду. Я не могу не улыбаться, слыша его голос. Сюсюкаю, обещая, что уже сегодня он меня увидит, и что куплю ему сладости. Словно грехи пытаюсь замолить…
В гостиницу мы возвращаемся лишь для того, чтобы забрать вещи, затем вновь садимся в машину. Кирилл предлагает мне остаться ненадолго, чтобы хотя бы перекусить, но, встретив сопротивление и мою потребность быстрее попасть к сыну, не настаивает.
Первую половину пути говорим лишь о моей будущей карьере. Вскоре Зиновьев сам должен появиться в нашем городе, и уже там мы запишем мою песню. Я до сих пор не могу поверить в происходящее. Хочется попросить Кирилла, чтобы он ущипнул меня. Не могу перестать глупо улыбаться. И всё время смотрю на него с бескрайней благодарностью. И говорю об этой благодарности. Постоянно. Кирилл начинает злиться, потому что искренне считает, что это лишь моя заслуга.
Спустя ещё тридцать километров он паркуется возле небольшого придорожного кафе.
— Я хочу есть, — заявляет, выбираясь на улицу.
Я тоже покидаю машину и тут же вижу, что в каком-то метре от передних колёс обрыв, а внизу море. Вид просто потрясающий… Да и все виды в компании Кирилла потрясающие. Сажусь на капот его дорогущей машины и хлопаю по металлу:
— Давай устроим пикник!
Его губы слегка дёргаются, а потом Кирилл всё-таки улыбается и выглядит при этом вполне воодушевлённым.