— Держи меня в курсе ситуации, — попросил Кузьмин, после чего я оборвал звонок.

Обернувшись к парням, я вздохнул, пытаясь успокоиться. Сейчас мне как никогда нужно было очистить разум от всех посторонних мыслей и просто сосредоточиться.

— Ефим, — повернулся я к другу, — Ты поедешь на квартиру Иры. Маловероятно, но вдруг она там.

— Сделаю, — кивнул Грозный, — Полиция получила приметы Кузьминой, так что они тоже будут искать её.

— Отлично. Дим — на тебе отели. Я понимаю, что их дохрена, но постарайтесь с Киром.

— Договорились, — кажется, Мухину, как и мне, не терпелось начать действовать.

— И по сторонам не забывайте смотреть. Маловероятно, но черт его знает — вдруг увидите.

Кивнув, парни сели по машинам и разъехались в противоположные стороны. Я же, кивнув Демиду, сел за руль своей крошки.

— А мы куда? — поинтересовался парень, занимая место рядом со мной и пристегиваясь.

— За Мари, — отозвался я, — А потом — на поиски.

До парка мы доехали в рекордное время. Я нарушил несколько правил, что грозило мне лишением прав. Но мне было плевать. Если Мари хотя бы вполовину так же плохо, как мне — её нельзя оставлять одну ни на минуту.

Когда девушка, пылая праведным гневом, села на заднее сидение авто, я понял, что был прав — нас обуревали одинаковые чувства. Глаза Маши горели лихорадочным огнем, и в них можно было прочесть лишь одно чувство — ярость. Эта девушка хотела убивать. Воистину никогда не стоит вставать между матерью и ее ребенком.

— Вы нашли ее? — тихо, тщательно контролируя свои эмоции, спросила Мари.

— Еще нет, — ответил я, заходя в нашу общую с парнями переписку и проверяя, есть ли какие-то новости, — Олег пишет, что в больницы никто, хотя бы отдаленно похожий на Иру и Аню, не поступал. Полиция тоже пока молчит.

— Я убью ее, — негромко сказала Золотцева.

Она не угрожала — просто предупреждала. И я верил ей. Не знаю, почему — может быть, прочел что-то во взгляде, когда посмотрел на нее через зеркало заднего вида. Она действительно была способна на это — оборвать жизнь того, кто покусился на нашу дочь.

— Ира нездорова — это очевидно, — мягко заметил я, понимая, что хотя бы один из родителей должен сохранять ясность рассудка, — Ей нужна помощь.

— О, я ей помогу, — хмыкнула мрачно Маша, — Я ей так помогу, что ни один пластический хирург не возьмется за этот безнадежный случай.

— Ребят, — подал голос Демид, — Простите меня.

Мы с Машей синхронно повернули головы в сторону друга.

— За что? — не понял я.

— Давно хотел сказать — это из-за меня Ира узнала о вас, — признался Котов, — Когда она узнала о беременности Маши, то позвонила мне. Мы встретились, и она буквально умоляла меня объяснить ей, когда всё это началось. И я показал ей видео — то, где вы танцуете. Вот. Так всё и стало ей известно.

— И почему ты это нам сейчас говоришь? — спросила Мари чуть удивленно.

— Просто мне кажется, что это всё моя вина. То, что произошло после, — сказал Демид с какой-то горечью в голосе.

Я — благо мы стояли на светофоре и горел красный — бросил взгляд на друга. Его лицо выражало глубочайшее раскаяние, и он с силой сжал руки в замок, глядя перед собой. Он действительно винил себя, и я понимал почему. Ему нравилась Кузьмина. Не та, которой она стала — он был увлечен той Ирой, которая еще не имела поехавшую крышу, была молода, красива и умела произвести впечатление. На которое Кот — сам тот еще павлин — повелся.

Прежде чем я успел хоть что-то сказать, голос вновь подала Мари.

— Ты не виноват, — мягко сказала она, — Ты не просил Иру сбивать меня на дороге, и ты не подкидывал ей идею с похищением. Ведь так?

— Конечно, нет! За кого вы меня принимаете? — возмущенно спросил Демид.

— За нашего друга, — отозвалась девушка, пока я сосредоточенно вел дорогу, — Ты просто сказал ей правду. Как она на нее отреагировала — уже не твоя забота. Ты не виноват, что Кузьмина спятила.

Маша хотела было еще что-то добавить, но зазвонивший телефон прервал ее тираду. Увидев, кто звонит, девушка нахмурилась:

— Ты звонил моему отцу? — спросила рыжая у меня.

Я покачал головой, перестраиваясь в соседний ряд:

— Не успел еще. И потом — я думал, что ты сама ему скажешь, если сочтешь нужным.

— Хм… — Мари всё же взяла трубку, стараясь, чтобы голос сильно не дрожал, — Пап, что-то случилось? Погоди, что?!

Знаком велев мне притормозить у обочины, Мари включила громкую связь. Остановив машину, я повернулся к Мари и мы втроем услышали слегка недовольный голос Владимира:

— Дочь, ты меня не расслышала? Я спросил, куда вы с Аней собрались? Почему её навигатор показывает, что вы выехали из города?