За которой остановился в нерешительности. У меня не было ни причины, ни особого повода находиться здесь — лишь желание оказаться поближе. Поэтому, вот что я скажу, когда постучусь? «Привет, я соскучился?». Смешно. Очень. я прямо представил, как Маша смеется мне в лицо и велит убираться к своей девушке. И будет, между прочим, права.

Шум, чуть приглушенный закрытой дверью, заставил меня отвлечься от размышлений и прислушаться. Я чуть напряг слуховые аппараты — и услышал слегка недовольное:

— Павлик, если ты сейчас не успокоишься — я тебя за штаны подвешу на люстре. И оставлю так до завтра.

— Маруся, ну мне скууууучно! — произнес мужской голос.

Так, стоп. Мужской?! Прежде чем я успел себя остановить, моя рука сама повернула ручку — и уже через секунду я застыл на пороге кабинета рыжей. И стал свидетелем прелюбопытной картины.

Мари, буквально повалив на стол какого-то паренька, пыталась отобрать у него, по всей видимости, какие-то свои бумажки. Тот же, в свою очередь, зажал их в вытянутой руке и, хохоча, пытался вывернуться из довольно тесных объятий. Услышав хлопок двери и мое деликатное — а таким ли оно было? — покашливание, замерли и обернулись. Ойкнув, Мари буквально слетела с паренька и поправила чуть задравшуюся футболку, а волосами усиленно пытаясь прикрыть румяное лицо.

— Данчук! Ты что тут делаешь? — тяжело дыша, поинтересовалась она.

— Да вот…услышал шум, — тут же нашелся я, — Решил проверить, вдруг тебя тут убивают.

— Скорее, она кого-то расчленяет, — проворчал парень, поправляя свою одежду и самодовольно улыбаясь.

Я отметил, что он совсем еще юный — лет шестнадцать, не больше. Короткие волосы, уложенные в замысловатом беспорядке, имели светло-медный, почти янтарный оттенок, и это навело меня на мысль, что мальчишка — брат нашей девочки. А глаза — вызывающе и даже как-то дерзко прищуренные, насыщенного синего оттенка — только подтвердили мою мысль. И это принесло мне такое облегчение, что я даже растерялся от такого наплыва эмоций.

— Павлик, сейчас договоришься, — пригрозила Золотцева, и я вспомнил, что именно так и звали её младшего брата, — Позоришь меня перед коллегами.

— Так, значит, ты Паша? — решил уже и я вступить в этот разговор, — Слышал о тебе много забавных вещей. Я — Андрей Данчук.

— Андрей? Тот самый? — вскинул одну бровь юный Павел.

Я перевел вопросительный взгляд на Мари, пытаясь понять, что имеется в виду под фразой «тот самый». К моему удивлению, девушка покраснела пуще прежнего и поспешно сказала, явно силясь заткнуть брату рот:

— Да, Павлик, тот самый знаменитый танцор. Мой брат, кстати, тоже балуется танцами. В тайне от мамы, конечно.

— Вот как? — усмехнулся я, — Растет маленький бунтарь?

— Нужно же продолжать династию, — ухмыльнулся мальчишка.

Хм, а он мне начинает нравиться. В нем чувствуется крепкий внутренний стержень. Такой же, помнится, выбесил меня в его сестре. А потом и привлек с той же силой, заставляя весь мой мир перевернуться с ног на голову.

— Так, ты, выходит, приехал навестить сестру?

Павел кивнул, улыбнувшись:

— У нас был договор — если я сдам экзамены и поступлю, то смогу приехать.

— Судя по всему, миссия прошла успешно?

— Да, — подала голос уже Мари, потрепав брата по волосам, — Теперь Павлик учится в колледже. Будет поваром-кондитером.

— Хорошая профессия, — кивнул я уважительно, — Девчонки ведутся на мужчин, которые умеют готовить. Так что — один точно не останешься.

Мари бросила на меня недовольный взгляд, как бы говоря, что я толкаю ее брата не на ту дорожку, и добавила нравоучительным тоном:

— Это еще и востребованная профессия. Так что без работы мой братец точно не останется.

— Ну, и это тоже, — не стал я спорить, — Так, я смотрю, Мари, что Паше с тобой скучно. Может, мы заберем его к себе?

— Ну, я не знаю, — неуверенно протянула девушка.

Видимо, взвешивала сейчас все плюсы и минусы этого предложения. С одной стороны — она сможет спокойно поработать, и никто не будет ежеминутно отвлекать её. С другой — неизвестно, чему мы там научим её брата. Подростки — они такие податливые, и на них так легко повлиять. А нас там семеро, и все мы — далеко не образцы добродетели.

Видя, как она мечется, я улыбнулся и постарался сказать как можно мягче:

— Маш, все будет хорошо. Мы просто немного повеселимся, потанцуем, пообщаемся. Калечить никого не будем. Обещаю.

Вздохнув, Мари тряхнула головой — я машинально обратил внимание, что она впервые за долгое время оставила волосы распущенными и они напоминали жидкое красное золото — и кивнула.

— Хорошо. Но отвечаешь за моего брата головой! — пригрозила она мне.

Хохотнув, я кивнул:

— Договорились. Паш, пойдем. Покажу тебе, как развлекаются настоящие мужчины.