— Да нет, ничего. Просто, ты же её совсем не знаешь. Откуда это желание пообщаться?

Вздохнув, Настя откинулась на плечо парня и с какой-то грустью в голосе сказала:

— Просто…мне показалось, что она очень одинока. Карина говорила, что Маша приезжая. И знаешь, мне кажется, у неё в этом городе совсем никого нет.

— И? Причем тут ты?

— Когда человек один — его легко сломить. А мне просто не хочется, чтобы такие сильные личности — а она такая, я это вижу — ломались. Я очень хочу ей помочь. Не осуждай меня за это.

— Как я могу, — покачал головой Вайт, — Ты однажды спасла меня — от одиночества и самого себя. Но мне кажется, что ей нужны не мы, а кто-то другой.

— Как знать, — отозвалась рыжая, продолжая думать о милой девушке с такими большими, но очень грустными синими глазами.

* Коронная фраза Пилы из одноименного фильма

— Стас? — коротко постучавшись, Мари заглянула в кабинет своего начальника и руководителя школы.

Тот поднял взгляд от каких-то своих мудреных схем и, увидев гостью, тепло ей улыбнулся.

— Маша, заходи. Доброе утро.

Кивнув, девушка прошла внутрь и, прикрыв за собой дверь, присела на одно из кресел для посетителей.

— Я всё подготовила. Для поездки в Калининград, — пояснила она, заметив недоумение на лице мужчины.

— Ах да, — вспомнил Денисов, — Поделишься?

— Конечно, — кивнула Мари, — Поэтому я и здесь. В общем, билеты на самолет заказаны, вылет завтра вечером. В Калининграде парни будут уже ближе к ночи, поэтому отправятся сразу в отель. Номера забронированы, — говоря всё это, Золотцева выкладывала на стол новые бумаги, — На следующий день у них завтрак, потом они сразу отправятся на мастер-классы. Время распределено так, что освободятся они после пяти. Дальше — если будет у них желание — прогулка по городу, экскурсия, и уже утром они вылетают обратно.

— То есть, в целом они пробудут в городе чуть больше суток? — уточнил Стас.

— Мари кивнула:

— Номера оплачены с учетом позднего прилета. Они двухместные, парни сами распределятся, кто с кем будет жить.

— Мне всё нравится. Кроме одного. Ты не забронировала билеты для себя.

Маша растерянно перевела взгляд с бумаг на Стаса.

— То есть?

— Я думал, это очевидно. Ты летишь с ними, — спокойно сообщил мужчина.

Подобного поворота событий Маша никак не ожидала. Она просто грезила этой поездкой, но не потому что у неё появится возможность увидеть что-то, кроме Ярославля и города, ставшего ей вторым домом. Нет, как раз наоборот — она хотела сплавить группу и, хотя бы немного отдохнуть от них. Выспаться, наконец, потому что с этими нервотрепками уже забыла, что такое нормальный сон. Да и дипломом, наконец, заняться, благо материала теперь было предостаточно. А тут — такая подстава.

— Маш, я думал, это очевидно. Ты ведь их менеджер. А это подразумевает под собой совместные поездки. Они хоть и взрослые люди — ну, кроме, пожалуй, близнецов, но за ними всё еще нужен глаз да глаз.

— Просто, я думала, что если кто и поедет с ними, то вы, но никак не я, — пояснила Маша упавшим голосом, — Вам всё это ближе — мастер-классы, уроки, занятия.

— Я бы очень хотел, правда, — с долей грусти в голосе сказал Стас, бросая взгляд куда-то за спину рыжей.

Обернувшись, она увидела, что стена позади неё вся сплошь завешана фотографиями, медалями и грамотами. Со всех снимков на девушку смотрел Стас. Молодой, красный и взмокший, он выглядел абсолютно счастливым — его глаза горели, а с лица не сходила довольная улыбка. Нынешний же Денисов смотрел на неё с легкой грустью. Будто он хотел поехать, но боялся разбередить какую-то свою, старую рану.

И это было истиной. Стас буквально дышал танцами, проводя каждую свободную минуту в зале, а вне его просто танцевал в своей комнате. Его разум фонтанировал идеями, продумывая комбинацию за комбинацией, создавая номера буквально под любую музыку. Он будто сам был танцем — бешеным, неудержимым. И таким живым.

Пока одно неудачное падение не поставило крест на его прежней жизни.

Открытый перелом ноги, несколько месяцев в гипсе — всё это могло подкосить любого. Да еще и кости срослись неправильно — пришлось их ломать и накладывать гипс по новой. Стас перестал так хорошо чувствовать опору под ногами, да и конечность первое время напрягать было нельзя. Так что на карьере танцора можно было ставить жирный крест.

Но плох тот, кто отчаивается раньше времени и опускает руки. Денисов был не такой. Он получил второе высшее образование, стал весьма квалифицированным экономистом и смог соединить две свои ипостаси в одну. Но вот чего ему порой очень не хватало — так это гастролей, поездок, всей этой движухи. Однако он намеренно избегал этого, посвятив себя школе и детям. Чтобы, так сказать, не бередить старые, душевные раны.

И Маша это прекрасно понимала. Поэтому, она понимающе улыбнулась и, кивнув, мягко сказала:

— Конечно, я закажу себе билет.

— И номер в отеле забронируй, — напомнил Стас.

Рыжая кивнула, мысленно прощаясь со столь желанными выходными.

— Пойдем тогда, — подытожил Стас, поднимаясь на ноги, — Обрадуем ребят.

В зал они зашли, когда вся остальная команда уже была в сборе. И даже с излишком — Маша с какой-то долей брезгливости зафиксировала Иру. Одетая в легкое летнее платье и кеды, девушка обнимала своего парня. Остальные при этом бросали на них недовольные взгляды — их явно не радовал этот персонаж. Как и Золотцеву, особенно после того, что она услышала вчера. Да, Маша никогда не гналась за красотой, считая, что главное — это не размалеванное лицо и откровенная одежда, но слышать, как тебя сравнивают с пугалом не очень приятно. Однако пока рыжая терпела.