Дома нас встречали слуги и воины. Пока Алексис распоряжался насчет сборов и отправки в Лимб, Инда занялась мной. Вместе мы уложили несколько платьев, белье и вещи, которые могут понадобиться мне в поездке. Старейшины предупредили, чтобы наши одежды не были слишком богатыми и не привлекали внимания. Но Инда все же положила в мой чемодан благовония, так преданно любимые всеми женщинами Озиса, и тончайшее нижнее белье.

— Чтобы вы могли предстать перед господином Алексисом в лучшем виде, — хихикнула девушка, заметив мой удивленный взгляд. — Мужчины любят глазами. А мужчины Озиса еще и носом — у них обостренное чутье.

Я не забывала об этом ни на секунду. О пылающем взоре Алексиса. И все еще со страхом ждала того момента, когда Алексис разглядит мое клеймо. Но было уже не так страшно. С каждым новым днем я все больше убеждалась в том, что ему все равно, что было у меня в прошлом. Уже много раз Алексис доказывал, что он человек чести и всегда держит данное слово. Он столько сделал для меня, был обходителен со мною и честен. Мне хотелось отблагодарить его хоть как-то.

Сегодня нам не удалось помыться вместе — слишком много дел было у Алексиса перед отъездом. И даже ужинать мне пришлось в одиночестве. Но вечером, когда он пришел в свою спальню, я ждала его, облаченная в кружевную сорочку до самых пят. В комнате горели лишь свечи в изголовье кровати, создавая приятный полумрак. В нем я чувствовала себя куда увереннее, готовясь выполнить то, что задумала.

— Я надеялся, что ты не спишь, — улыбнулся Алексис, расстегивая рубашку и приближаясь ко мне с грацией хищника. — Снова читаешь?

Я покачала головой. Сегодня мне хотелось обойтись без учебников и действовать так, как подсказывало сердце.

— Устала? — спросил он, заглядывая мне в глаза.

Я снова покачала головой. Конечно, я могла рассказать, как сильно нервничаю и как боюсь не оправдать надежд старейшин. Как все еще вспоминаю сальный взгляд Северуса и содрогаюсь от отвращения к нему. И что лучше я навсегда останусь рабыней Алексиса, чем стану подстилкой короля.

Но всему этому не было места сейчас. В тот момент мне хотелось только одного: дарить наслаждение и получать его взамен.

— Нисколько, — не соврала я. — Хочешь, помогу тебе раздеться?

Он кивнул и широко развел руки, показывая, что готов полностью довериться мне. Я сняла с него рубашку, провела руками по мощному торсу, прикрыв глаза от удовольствия. Его соски затвердели под моими ладонями. Заметная выпуклость на брюках подсказала, что я на верном пути. Но я не торопилась раздевать Алексиса полностью, решив немного поиграть с ним. Прядью своих волос я провела по его шее, по груди. Он засмеялся от этой щекотки и хотел было обнять меня. Но я мягко отвела его руки:

— Ты все еще в одежде.

Прядью волос прошлась по его груди, обрисовала соски. Я повторила это же жест языком, оставляя на коже Алексиса влажный след. Его шумный вдох стал мне наградой за смелость. Продвигаясь ниже, я опустилась на колени. Развязала штаны и пощекотала живот прядью волос. И снова провела по этому следу языком, очертив им пупок.

— Продолжай, — разрешил Алексис хрипловатым от возбуждения голосом. — Ты определенно делаешь успехи в искусстве раздевания. Пожалуй, я теперь каждый день буду прибегать к твоим услугам.

Алексис

Эти ее игры доставляли мне небывалое наслаждение. Сегодня Майлин была такой смелой и открытой, я с радостью отдался во власть ее нежных рук и шаловливого язычка. Кто бы мог подумать, что такие прикосновения могут доставить такое удовольствие?

Действия Майлин выдавали ее неопытность, но все же были невероятно эротичными.

Мне нравилось все, что она делает. Как говорит, ходит, даже дышит. Мне вдруг стало жизненно необходимо, чтобы она была всегда рядом. А до встречи с ней я и не подозревал, будто в моей жизни чего-то не хватает. Как же скучно я проводил дни и ночи прежде. Было столько женщин, но ни одна из них не оставила следа в моей памяти. А Майлин…

Я представить не мог, что мы можем расстаться. Она стала необходима мне как воздух. А ведь сегодня я едва не потерял ее. Северус, мой брат и король, возжелал ее. И это неудивительно: даже в закрытом платье она выглядела самим совершенством.

— Позволь, я сниму с тебя это… — жарко прошептала она и помогла мне избавиться от брюк.

Я стоял перед ней обнаженный, с гордо выдающимся вперед членом. И ждал ее ласки, как бездомный пес, подобранный доброй хозяйкой. От одной мысли о том, что Майлин совершенно осмелеет, я едва не терял рассудок.

— Что же ты остановилась? — спросил я. — Тебе не нравится то, что ты видишь?

Майлин склонила голову, и ее шелковистые волосы коснулись моего напряженного члена. Полагаю, она сделала это специально, проверяя мою реакцию. Ее задумчивый взгляд и таинственная полуулыбка заставляли меня нервничать. Нет, я никогда не сомневался в собственной мужественности. Но для Майлин хотел быть вдвое сильнее, втрое горячее и отважнее. Стать самым желанным для нее мужчиной, надежным защитником — вот моя главная задача.