— Будущий труп, не забивай голову. Тебя должно другое волновать: они уже одного ребёночка загубили, выкупили у женщины, которая, кстати, с их же помощью стала вдовой. Но отец того малыша не был так хорош, как Малиновский. И всё же им удалось что-то там найти. Теперь поняла, что вы в опасности?

— Нужно Ивана предупредить.

— Малиновский мальчик большой, он быстро сообразит, что к чему. Более того я сама постараюсь устранить угрозу. А тебе нужно от Ивана на время схорониться, не позволит он тебе родить. Если, конечно, ты хочешь сделать аборт, то вперёд, — и она показала она глазами в сторону клиники.

— Даже речи не может быть об аборте.

— Я так и предполагала, — усмехнулась она. — Значит, я могу считать это согласием?

— Мне нужно с Иваном поговорить, предупредить.

— Нет, не нужно. Это моя задача — подстраховать его, твоя — выехать из страны незаметно и срочно. Для успокоения: самолёт, на котором ты покинешь страну, принадлежит Бельскому Кириллу Эдуардовичу. Думаю, этого достаточно, чтобы без опасения сесть на борт? Пилотов ты знаешь, не раз с ними летала. — Есть такое, дядя Кирилл часто нас подбрасывал на своём борту. Он часто заграницу мотается. — Можешь с отцом созвониться, он подтвердит, что коммерческий директор компании Бельского находится тут на переговорах. Мира, нет подвоха.

— Мне нужно придумать.

— Нет времени на размышление. В общем, так, чтобы тебе думалось в правильном направлении, я помогу. Ведь я уже говорила, моя задача — тебя спасти любой ценой. Не уберёшься из страны — сдам Малиновского, расскажу, что он шпион, и его друг прицепом пойдёт. Такая мотивация тебе подойдёт?

— Ты не посмеешь!

— Отчаянные времена требуют отчаянных мер. У меня нет времени с тобой нянчиться, нужно устранить угрозу. Тебе решать, как будут развиваться события далее. Если в час ночи тебя не будет возле парковки, я начну действовать. Ивану не звони, это тоже будет считается сигналом к действию.

— Не подскажешь, как я смогу объяснить, что собралась ночью подышать воздухом?

— Этой ночью он будет занят. Надеюсь, мы друг друга поняли.

Она встаёт.

— Скажи, тебе-то это зачем?

— Таков приказ.

Она развернулась и ушла. А я ещё минут пять сидела в шоке. Такого поворота я точно не ожидала. Но то, что она настроена решительно, я уже поняла. Осталось позвонить сотруднику дяди Кирилла — с ним поговорю, так спокойнее будет. Отцу пока не стану. Он может начать Ивану названивать с разборками, а это сейчас нежелательно. Да и обмозговать нужно сложившуюся ситуацию, а потом уже решать, как быть дальше. Но то, что пока Ивану не стоит знать о моей беременности, я уверена. Ведь недаром он не раз спрашивал о таблетках.

Я в шоке. Нет, я в ужасе от ситуации! Но ничего, справлюсь. Плевать, что он не хочет ребёнка, главное, что я люблю свою кровиночку и никому не позволю обидеть. И неважно, каким он родится. Я мать, и этим всё сказано.

Созвонилась с Дмитрием Романовичем — коммерческим директором дяди Кирилла. Инесса не обманула, он действительно находится в США по делам компании и с радостью возьмёт меня на борт.

Оставался Иван. Хотелось поговорить с ним, но видео, что показала мне Инесса, до сих пор всплывало перед глазами. Если он так со мной поступит, даже не знаю, чем всё закончится. Ну что ж, звонить она запретила, а вот насчёт встречи ничего не сказала. Решила посмотреть, где, собственно, мой муж шляется.

Сигнал показал, что за чертой города. Мне бы плюнуть и отдохнуть перед дорогой, но женское любопытство взяло верх. Поэтому я быстро собрала вещи, закинула их в машину и поехала искать своего терминатора психованного.

До места доехала быстро, бросила автомобиль недалеко от здания, откуда шёл сигнал маячка. Арендованная машина мужа была там, и ещё пара чьих-то автомобилей. Решила себя пока не обнаруживать, а там буду действовать по обстановке.

Стараясь не шуметь, пробралась в здание, что напоминало заброшенную фабрику: кругом пыль, станки… Пошла на звук голосов, достав пистолет, и когда осталось метров двадцать до места, отчётливо услышала возмущённый голос Сашки:

— …Вот нахрена, а?

Я подошла ближе и, спрятавшись за покосившейся дверью, посмотрела в щель.

Там были Александр и Иван, они стояли над телом человека.

— Невелика потеря для мира, — раздался равнодушный голос мужа.

— Так кто ж спорит?! Эти гниды многим жизнь исковеркали. Но я его допросить хотел…

— А то, что тебе нужно, я уже узнал.

— Ну, тогда всё в порядке… почти. Ты ему черепушку раскроил, теперь думать придётся, как преподнести эту смерть. — Саня почесал затылок. — Одно дело — перестрелка, другое — размозжённый череп. Может, его в машину и… — показал он рукой крутой спуск.

Понятно, в карьер решили скинуть тела — видела его недалеко.

— Почему бы и нет?

— Ну, тогда и второго придётся убрать таким же способом, а то у одного трупа будет пуля, а у другого травма головы — неувязочка получится. Сто процентов будут тогда искать третьего — кто их того… Ах да, тут тоже проблема, тот гнус закрылся изнутри в генераторной, дверь железная, хрен откроешь.

— Не проблема. — Иван поворачивает голову, и я вижу, как его лицо исказила зловещая ухмылка. — Вот это то, что нам нужно. — Он направляется к поломанному станку и, не напрягаясь, поднимает одну часть его. Что за… Практически подойдя к двери, Малиновский швыряет в дверь свою ношу. Звук металла о металл болью отдаётся в ушах. И тут чья-то рука касается моего плеча, и тут же закрывает рот.