Несмотря на расположение домов буквой «П», кидать камни в окошко можно было только в тот, что справа. Туда я и пошел, прячась за деревьями во внутреннем дворе. Здесь картина была не лучше — куча мелкого мусора, а взамен битой мебели повсюду лежали трупы шаркунов. Кто-то их явно отстреливал по мере приближения к зданию, а еще выкидывал из окон.

Не выходя под открытое небо, я отступил и вернулся к первому дому. Они вплотную стоят, должен быть переход внутри. Я забрался на второй этаж в угловой комнате, достал пистолет и прикрутил глушитель. Потом рукояткой топора разбил окно, обломал осколки стекол и открыл балконную дверь.

Тишина.

Хотя нет, кто-то шуршит в коридоре.

Комната была пустой, ну или здесь жили совсем бедные студенты. Две кровати, стол, два стула. Маленький пустой холодильник с открытой дверкой, а на нем стопка книг, в углу черный тубус. И все. Санузел общий на этаже.

Я подошел к входной двери и прислушался. Точно где-то справа кто-то притаился, движения нет, но слышу, как дышит.

Я сделал шаг назад, подхватил тубус и толкнул дверь. Сантиметров пятнадцать она прошла и с глухим стуком во что-то уперлось. Послышался хрип, и в проеме появилась пятнистая подгнившая рука.

Ждать не стал, и дважды выстрелил сквозь дверку. Услышал звук падающего тела и стал ждать, появится ли кто еще. Где-то вдали опять прозвучали выстрелы, вроде бы дальше, но с учетом, что я в помещении, то и ближе.

Еще раз толкнул дверь тубусом, и она раскрылась почти наполовину, зацепившись за ногу валявшегося мертвеца. Выглянул и заметил еще трех зомби дальше по коридору, заглянул за дверь и увидел двойные двери с разбитыми стеклянными вставками, ведущие в нужный мне корпус.

Там зомби не было, зато половина коридора была завалена крупной мебелью. Кто-то явно специально расставлял в шахматном порядке — у одной стены два холодильника один на другом, дальше метров через пять перевернутый стол, усиленный чем-то железным. Еще дальше моток колючей проволоки, а за ним новые укрепления. Кто-то здесь оборону что ли держал, устроив полосу препятствия?

Двери оказались закрыты на замок, плюс кто-то обмотал ручки цепью. В очередной раз вспотел, пока распутывал. И хоть стекла давно разбиты, было неудобно тянуться, ковырять не глядя, все время думая о том, что оставил за спиной трех шаркунов. Не смог успокоится, бросил попытки и вернулся в коридор, где с безопасной дистанции расстрелял всех, кого видел. А потом сходил за холодильником и начал строить свою полосу препятствий, чтобы хоть заныкаться за него, если вдруг палить начнут в спину.

Цепь, наконец, поддалась и я оказался в правильном корпусе. Накинул ее обратно, но запутывать не стал и, используя готовые укрытия, пошел по коридору, заглядывая в комнаты.

Никак не мог понять, живет ли тут кто-то сейчас? Может, наблюдает даже за мной, или просто за продуктами куда-то отъехал, а потом неожиданно вернется и предъявит мне в духе: «Кто сидел на моем стуле?», «Кто ел из моей миски?», «Кто шарился по моей общаге?» Или уже давно все заброшено?

Первые три комнаты я отмел, слишком под углом они к памятнику, не увидел бы Альберт лицо коллеги. Заглянул только, бегло осмотрев и убедившись, что там никого нет.

Комнаты изменились — этот корпус явно был женским. Появились чистенькие занавески на окнах, засохшие цветы на подоконниках, плюшевые игрушки на кроватях и прочая уютная лабуда, без которой местные и не только парни легко справляются.

Еще через четыре комнаты мне повезло.

На стене над столом висел лист ватмана с наклеенными вырезками из журналов, вроде это карта желаний называется. Мне бывшая, когда считала, что я из ресурса выбиваюсь, все время мозг выносила, принуждая себе такую же сделать. Отстала только тогда, когда я три выпуска журнала «Калашников» изрезал, а в центр распечатал фотографию Данилы Бодрова и постеры к фильмам «Падение черного ястреба» и «Цельнометаллическая оболочка». Я старался, кстати. Хитро так сделал — там, если постер с каской приподнять, совсем другие картинки были.

Здесь, кстати, также — не то чтобы специально, но по краям, частично закрытые к стене были приклеены фотографии. На одной — две с виду умненькие и вполне симпатичные туземочки, а между ними вполне свежий белый папик. На второй — девчонки в белых халатах в больнице, на третьей — опять с мужиком, но на пляже, на фоне небольшого, но явно дорогого бунгало. И еще несколько все с того же пляжа, где было понятно, что это окраины Фритауна.

В коридоре скрипнула дверь и послышались шаги с той стороны, докуда я еще не дошел. Я высунулся из проема и сразу же убрался обратно, увидев торчащий из-за угла ствол.

Загрохотал автомат и несколько пуль смачно врубились в дверной проем, из которого полетели щепки.

Я высунул руку из-за укрытия, и, не целясь, несколько раз выстрелил из пистолета в сторону стрелка. Моментально пришла ответка, короткая очередь, выстрел из дробовика и топот от перебежки в мою сторону.

Я взялся за АК и прижался к стене, готовый в любой момент открыть огонь и проскочить в дверь комнаты напротив. Наступила тишина. Они не лезут, а, может, чего задумали. Я тоже пока не лезу, подкрался к балкону, оценивая, смогу ли тут выбраться. Мало того что девушки не только цветочки на подоконнике оставили, но и решетку приварили, так еще и шаркуны подтягиваются.