Может быть Джейк был прав, админ форума слишком увлекся, когда решил, что понимал, как был устроен мир пробужденных. И судя по тому, как он расставлял порядок сил, руководствовался админ, судя по всему, личной симпатией.

«Лестно, конечно, но какой же это бред», — подумал он, но почему-то не мог избавиться от беспокойного чувства в груди. Как будто все это время он не замечал что-то очень важное. Но что бы это могло быть?

Пока Амери думал, его суп остыл.

За окном стало совсем тихо, и окружающая тьма казалась более одинокой, чем раньше. Эванс выхлебал суп, быстро помыл посуду, ощущая наступающую сонливость, и потер глаза мокрым пальцем. Вытер руки, вздохнул. Наблюдая за большим пустым залом без света, Амери невольно вспомнил, как раньше бегал по большому залу в приюте с Линой, Зеро и другими детьми. Но в особенности с этими двумя. Раньше они были почти неразлучны, разве что мылись по отдельности. Когда-то тогда они пообещали друг другу всегда быть вместе, в темном сыром помещении, где постоянно продувало, Лина и Зеро вечно обнимались, прячась за дырявым пледом. Теплее этого пледа у них не было ничего, разве что их собственные объятия. А Амери стеснялся к ним лезть по-началу. Ведь Зеро была права, когда они в первый раз встретились — она ему действительно очень нравилась.

***

— Помню, как ты постоянно рассказывала нам всякие истории, — улыбалась Лина.

Они шли по длинному темному коридору только вдвоем. По коридору подземелья, где главный босс был Темный маг, ставящий опыты на детях. Лина пришла с Зеро зачистить это подземелье, но его холодные безликие стены невольно напомнили ей о прошлом.

— Наставница Роза часто рассказывала мне сказки по ночам, — ответила Зеро, осторожно идя впереди и прощупывая стены, — я знала ее еще с пеленок. Она воспитала меня как родную дочь.

— Для всех детей в приюте она стала матерью. Мы с Амери время от времени посещаем ее. У нее все прекрасно. И у наших младших тоже. Ты была там после того, как ушла? — спросила Лина.

Лина захотела узнать, где вообще была её старшая сестра и чем все это время занималась. И как она могла подумать об этом только сейчас? Переведя взгляд, она увидела, как Зеро замерла.

— Была.

Лина почувствовала слабое напряжение, исходящее от Зеро, но вскоре её отвлек появившийся в конце коридора свет. Запах зловоний ударил ей в нос.

— Фуу…

— Тише. Мы почти пришли.

Лина молча шла за Зеро. Та больше ничего не говорила, но пусть так, вопросы Эванс теперь не давали ей покоя.

«Вот бы посидеть с ней в кафе и просто поболтать», — подумала Лина.

— К слову, я хотела кое-что сказать. Мне кажется, что наши дела приобретают дурной оборот. Именно поэтому я потащила тебя по подземельям, — сказала Зеро. Её взгляд почему-то был направлен в пол.

Раздался взрыв.

***

Бар Церберос. Вечер, 22:00 по местному времени. Плэнси.

Фиолет подошла к клубу, пестрящему ярко-красными и розовыми красками. Над входом висел огромный светящийся баннер с мордой активно клацающего пастям трехглавого цербера. Этот клуб принадлежал группировке, в которой она оказалась. Ходили слухи, что лидеров у Церберов было так же три, как и голов у пса. И каждый из лидеров выделялся на фоне другого, но все в итоге они преследовали одну цель и были так слаженны, что до сих пор все думают, что босс у Церберов всего один. Сама же Фиолет предпочитала не гадать, сколько в действительности у Цербера было голов.

Сама группировка появилась в Плэнси относительно недавно, около двух лет назад, возможно меньше, но уже стала настолько влиятельной в подпольном мире, что без труда могла выйти во внешний мир, не боясь конкуренции.

Но одно Фиолет не понимала, хотя работала с ними почти год — почему Церберы не покупали лицензию у Ассоциации охотников, чтобы укрепить свой власть еще сильнее? Она знала, что и в других городах Церберы уже пустили свои корни. Например, Клеудмонд — славный мирный городишко с прекрасными жителями. Вот только про столицу Бреота, Брадену, почему-то Церберы забыли. Или может там еще рано основываться? Насколько знала Фиолет, Церберы вполне могли потягаться силой с любой топовой гильдией во всей стране.

Подойдя к охранникам у входа в клуб, Фиолет чуть подняла рукав своей майки и показала на своем правом плече символ в виде черной головы цербера и красными, как алая кровь, глазами. Клыки символизировали силу и опасность.

Бугаи охранники пропустили ее без очередь, в то время как другие важные шишки, наподобие стоящего перед ней мужчину в дорогом белом костюме, в окружении двух женщин в обтягивающих фривольных платьях, удивленно хлопали глазами. Но как бы эти шишки не хотели огрызнуться, надуваясь от такой наглости, их рты оставались закрыты.

Потому что никто не смел перечить одному из Церберов.

Зал внутри клуба был погружен во тьму, освещаемую лишь редкими огнями, рожденными маленькими лампочками у столов, главной сцены, тянущейся вдоль всей стены огромного зала, и барной стойки.

За барной стойкой работало сразу несколько барист: высокий черноволосый мужчина с короткой прической, в обтягивающей мощные выразительные мышцы рубашке с лямками, подбородок мощный, щеки прямые, красивые. Прям актер, сошедший со сцены. Второй бариста был девушкой. Она обладала такими же черными, почти цвета пустоты, волосами. Как и первый, только ее волосы были завязаны в аккуратный хвост. Тоже одета в аккуратную форму с лямками. Ноги в рабочих, блестящих даже в тенях каблуках. Взгляд серьезный, меланхоличный. Третий бариста был огромен, широкоплеч, прямо скала, но на лицо мягковат и приветлив. У него были мягкого кремового цвета кудрявые волосы, и при сочетании с его белоснежной улыбкой и приветливым взглядом, делали из него на удивление приятного глазу юношу.