— Но они сами выбрали такую судьбу, — возразила жрица. — И, по-моему, она вполне счастлива.

— Наркоманы тоже счастливы, — остался при своём мнении Тукан. — Это не жизнь, а существование. Нравится оно или нет — это неправильно.

— Они сами это выбрали, — упрямо повторила Фиона. — Какое мы имеем право выбирать за них?

Некоторое время они буравили друг друга взглядами, а затем вспомнили о существовании Фалайза.

— Что? — не понял тот такого внимания к себе.

— Решай давай! — потребовал крестоносец.

— Что решать?

— Что мы будем делать, — объяснила жрица. — Твой голос определит судьбу этих призраков.

— Эм, — растерялся новичок, — ну… это… давайте…

Пытаясь найти решение, которое устроит всех, он лишился дара речи и виновато развёл руками.

— Я за оставим!

— Конформист, — разочарованно фыркнул Тукан.

— Вы здесь вообще-то ради каравана! — напомнил Фалайз. — А не вот этого всего.

— Ай, так неинтересно, — вздохнул крестоносец и повесил амулет на одно из свободных мест.

— Спасибо, герои, я и остальные никогда не забудем вас, — с невероятным пафосом заявил призрак, неторопливо растворяясь в воздухе.

— Да-да, конечно, — топая на выход, ответил ей Тукан. — Денег нет, но мы вас не забудем, счастья вам, здоровья…

— Что-то ты как-то подозрительно быстро сдался, — усомнилась в его искренности Фиона.

— Да просто прикинул, что так, что эдак — ничего не изменится. В плане награды.

— К кому я попала в группу, — показушно закатила глаза жрица.

— А почему ты за них заступилась? — спросил Фалайз. — Только без этой пропаганды свободы выбора.

— Думала, что её родственники нам что-нибудь дадут в награду, — нехотя призналась Фиона.

— М-м-м, — понимающе усмехнулся Тукан. — Зато тебя теперь не забудут!

Вдруг он присмотрелся к стене и, довольно хрюкнув, вынул из неё камень, за которым оказался спрятан какой-то конверт.

— На, открывай, — перекинув его Фалайзу, сказал крестоносец.

— Чего это я? — возмутился новичок. — А проклятие?

— Пока мы не выполнили квест — этого камня там не было, так что всё в порядке, — утешил его Тукан.

Недоверчиво на него покосившись, Фалайз аккуратно вскрыл конверт. В том оказалась пара золотых монет и записка: «спрятал ценные бумаги за печатью Огня».

— И что это значит?

— Это значит, что если у нас будет время, — забирая у него записку, начала Фиона, — то мы погуглим, что это за загадка.

***

Первое, что сделала троица, покинув склеп, — это разошлась на пятнадцатиминутный перерыв, который затянулся почти на полчаса. Раньше остальных в игру вернулся Фалайз. Поняв, что друзей ещё нет на месте, новичок потоптался босыми ногами по холодной земле кладбища и, заметив неподалёку кострище — здесь явно регулярно бывали другие игроки, наверняка выполнявшие тот же самый квест, — решил развести костёр.

Это оказалось не так просто, как ему хотелось бы. Вся древесина в округе оказалась гнилой и мокрой, рассыпающейся буквально от любого прикосновения. Пришлось несколько минут кряду корячиться, вытаскивая из ямы неподалеку пенёк, засыпать его пучками сухой травы и надеяться, что эта конструкция загорится.

Загорелась. Получилось даже по-своему уютно: треск огня хоть чуть-чуть разбавлял местную тишину, делая кладбище чуть менее мрачным. Примерно в это же время в игру вернулась Фиона, которая немало удивилась огню:

— О! Налаживаешь быт, молодец.

— Ну вроде того, — принимая это за комплимент, улыбнулся Фалайз.

— Спасибо, что принял мою сторону, — присаживаясь к огню, поблагодарила его жрица. — Только скажи, почему?

— Ну-у-у, — смутился новичок, — на самом деле потому, что Тукану — пофиг, а ты могла обидеться…

Фиона некоторое время удивлённо на него смотрела, а затем рассмеялась и посоветовала:

— Ха, какая же чушь! Никогда так больше не делай. Хочешь понравиться девушке — или ври до последнего, или будь искренним.

— Так ты… обиделась? — смущаясь, уточнил Фалайз.

— Нет! Успокойся, это игра, чего тут обижаться? Просто не делай так больше, особенно в жизни.

— Но почему, ведь это…

— Бутерброд из лицемерия, — вдруг ожил Тукан, — вот что это. Верно тебе сказали — будь собой, даже если ты во всём не очень. Искренность, м-м-м, она короче располагает.

— Как давно ты вернулся? — подозрительно уточнил Фалайз.

— Достаточно, чтобы предложить пожарить зефирки, побренчать на гитаре, ну или продолжить наши поиски, — присаживаясь к огню, ухмыльнулся крестоносец. — Ну так?