– Ты что, с ума сошёл? Мы даже не знаем друг друга.

– Почему это имеет значение? Это всего лишь естественная химическая реакция между здоровыми взрослыми людьми.

– Ты что, гребаное животное?

– Монстр, если быть более точным.
– От того, как он подчеркивает слово "монстр", у меня по спине пробегает холодок, и мне с трудом удается сдержать свое волнение.

Я хлопаю руками по его груди, чтобы оттолкнуть его, но мне едва удается пошевелить твердыми, как камень, мышцами.

– Слезь с меня.

– Тссс. Я еще не закончил.

– Не закончил с чем?

– С тобой.

Мои пальцы на ногах поджимаются, и мне требуется вся моя сила, чтобы не ударить его коленом или что-то в этом роде. Я всегда плохо справлялась с подобными нюансами, но особенно если они исходили от кого-то вроде Себастьяна.

Я думаю, что слухи все-таки верны. Он действительно переспал бы с кем угодно, не так ли?

– Уивер!
– кричит мужской голос, и Себастьян неохотно слезает с меня, потеря его тела трогает меня больше, чем я хочу признать.

Я вскакиваю на ноги, собираю наушники и сумку, радуясь, что ничего не сломано, и мое внимание переключается на парня, направляющегося в нашу сторону. Это друг Себастьяна, Оуэн, еще один любитель футбола, с более темной кожей и бритой головой.

Себастьян, однако, не делает движения, чтобы уйти, его дикий взгляд прикован ко мне. Смущение и чувство, которое я не могу определить, овладевают мной, и мне хочется вскинуть ногу в воздух и побежать по открытому полю, чтобы вдохнуть чистый воздух и избавиться от него.

– Хочешь автограф?
– Я огрызаюсь, а потом жалею об этом. Мне действительно нужно научиться контролировать свой характер и не закатывать истерику по любому поводу. Но, наверное, у меня постоянно такое чувство, что все хотят заполучить меня, и звездный квотербек не исключение.

Особенно с той насмешливой манерой, с которой он наблюдает за мной.

Он снова улыбается той пустой улыбкой, которая может быть признаком того, что его душа была завербована дьяволом.

– Я подумаю об этом и дам тебе знать.

– Подумаешь о чем?
– Оуэн кладет руку на плечо Себастьяна, когда тот подходит к нам.
– Что случилось между тобой и азиаткой?

Я кладу руку на бедро.

– У азиатки есть имя, придурок, и это Наоми. Скажи Сири, чтобы она объяснила тебе это по буквам.

И с этими словами я поворачиваюсь и ухожу, эхо смеха Себастьяна преследует меня еще долго после того, как он оказывается вне пределов слышимости.

К тому времени, как я возвращаюсь домой, мне кажется, что я уже сто раз проанализировала то, что произошло на поле.

Ладно, это ложь. Это было по крайней мере в два раза больше.

Несмотря на то, что я чирлидерща, я на самом деле не разговариваю с Себастьяном и не играю с остальной футбольной командой.

Конечно, Рейна, Брианна и остальные члены команды хотят, но я не хочу по той простой причине, что... ну, они ожидают секса. Это не ракетостроение, и я не шлюха.

Так какого черта я выставила себя таковой, когда обвила его ногу вокруг своей?

Сильно отчаялась, Нао?

Я пишу Люси, чтобы попросить ее позвонить мне, как только она закончит с любыми сатанинскими ритуалами для фигуры и красоты, которые Рейна заставляет их выполнять. Но я знаю, что сегодня она будет слишком занята для меня.

Или когда-либо, если уж на то пошло.

Она практически продала свою душу дьяволу, и Рейна позаботится о том, чтобы занять ее.

И с тех пор это стало нашей внутренней шуткой.

Я никогда не думала, что наши отношения с Акирой — дружба, как она это называет, — зайдут так далеко, но я рада, что он, по крайней мере, у меня есть.

Даже если я до сих пор не знаю, как он выглядит.

Я подумывала о том, чтобы попросить фотографию: однако он не только откажется, но и уничтожит тот образ, который у меня уже есть о нем. Симпатичный парень, который определенно отаку и говорит о порно больше, чем нужно.

Он развратил меня.

Мои ноги останавливаются у входной двери нашего дома. Она имеет широкий вход в гостиную, который находится по диагонали от кухни.

Мама стоит перед манекеном с подушечкой для булавок на запястье и телефоном у уха, пока она прикалывает кусок ткани к груди манекена.

Она могла бы стать генеральным директором Chester Couture, но она по-прежнему одержима манекеном дома, пытаясь придумать свой следующий шедевр.

Я прячу письмо Акиры в свою сумку, прежде чем она поднимает голову. Хотя мама знает, что у меня есть друг по переписке из Японии, мне не нравится, что она трогает его письма. Иногда мы говорим о порно, и это не тот разговор, в который я хочу, чтобы она была посвящена.