Я искренне поблагодарила дочь хозяйки замка за проявленную заботу. Сразу же надела амулет на шею, поспешив спрятать за ворот вышитой богатым охранным узором рубахи. Во время путешествия сменила «ледяное» платье на более практичный дорожный костюм и куртку. В брюках было гораздо удобнее передвигаться. Да и так было не только комфортнее и теплее. В таком виде мужские взгляды реже останавливались на мне.

С удивлением почувствовала, как подарок Кильдина беззвучно поприветствовал едва слышным серебряным звоном своего компаньона. Положив ладонь на ткань, под которой были спрятаны оба кулона, ощутила, как покой и тепло нисходят на мою измученную испытаниями душу.

Отчего-то поняла, что Лорд Фернор — отец Хабблы, попытается соблазнить, подержит при себе, пока не надоем. Потом обменяет на свои утраченные богатства, чтобы потом снова всё спустить в результате интриг Таруллы и Парвиса.

Чёрные волосы и выразительные серо-зелёные глаза драконьего лорда многим девушкам стоили разбитого сердца и переломанных судеб, а то и самой жизни. Только охота была пуще неволи. Поэтому в Байдерринн было принято жён, сестёр и дочерей держать под строгим присмотром. Конечно, далеко не все блюли древние законы, за что и расплачивались потом не только те, кто утрачивал бдительность, но и их родня.

Прикинув и так, и этак, подошла к леди Алире и спокойно сказала:

— Тарулла хотела заказать у меня какие-то украшения и предметы. Пусть узнают, что надо от меня некромантке. Заказ, если он неопасен для нас, возьму, но сделаю всё на ваших землях. Чтобы не случилось никакой беды. Неспокойно на душе. Явно Парвис и Тарулла задумали очередную гадость.

— Если мы будем осторожны, то не испытаем слишком много бед! Хаббла, Олинн! Сейчас же отправляйтесь в свои покои! Стерегите их как зеницу ока! Мой бывший муж может пойти на любую низость, чтобы попытаться вернуть себе меня в качестве супруги. Ведь его род менее знатен и богат, чем мой! — в изумрудных глазах было столько горечи, что я не нашлась, чем утешить несчастную женщину, угодившую в тот же силок, что и моя мама Лада.

Только драконице было проще. В наших краях разводов не давали. Вышла замуж — мучайся или живи в счастье до гробовой доски. Единственным призрачным шансом на лучшую женскую долю и были полные опасностей, соблазнов и испытаний Тропы Ледяных Зеркал.

Молодой воин, много лет охраняющий леди Алиры и её многочисленного семейства, пришёл мрачнее грозовой тучи. Потом по-змеиному прошипел, что выражало у его народа крайнюю степень гнева и ожидание неминуемой беды:

— Эта мерзкая черноглазая коза требует выдать ей Олинн и Беренику. Хотя какое она имеет право качать права? Кхайя — не рабыня. Олинн теперь тоже свободна. Так и не понял, зачем некромантке так нужна не только наша гостья, но и странная желтоглазая девица. Могу сказать одно, девушка не является ни человеком, ни драконом, но она живая, не нечисть.

Леди Алира велела нам с Хабблой и Олинн спуститься вместе с ней в её магическую мастерскую. Увидеть прямо там огромное Ледяное Зеркало от пола то потолка оказалась не готова. Как и к тому, что его поверхность приветственно полыхнёт, и оттуда, как снег на голову, появится Калев собственной персоной.

Увидеть, как чёрные глаза Изначального становятся круглыми от удивления, было жутко даже для хозяйки замка драконьего рода Гралльв. Бессмертный поманил Олинн к себе, и та без возражений подошла к нежданному гостю и доверчиво улыбнулась. Из взгляда совсем пропали остатки недоверия и беспредельной тоски по чему-то что, как она считала, потеряла навсегда.

На мой вопросительный взгляд Калев просто ответил:

— Олинн — мрилла. Это стихийная Душа Зимы. Один из зимий с помощью способностей его народа трансформировал несчастную в некоторое подобие человека. Только жёлтые глаза и дали мне узнать истину. Тарулла и Парвис хотели принести её в жертву во время кровавого ритуала в ближайшее новолуние. Уберечь их обоих от демонов, к которым им нужно было обратиться за помощью. Только браслет или иной амулет, что был у тебя, гарантировал бы их безопасность. Ты пришла через Тропы Ледяных Зеркал. Солейра возьмёт её под свою опеку и сделает так, чтобы став взрослой, Олинн обрела счастье. Она тоже бессмертна. Поэтому присоединится к остальным Творящим Судьбы Миров.

Никак не ожидала, что малышка повиснет у меня на шее и прошепчет:

— Спасибо, что подарила мне самое ценное — свободу. Моим хозяином был зимий. Некромантка обыграла его в графт и убила. Я тринадцать лет жила в башне Таруллы. В следующее новолуние оборвалось бы бытие, так как колдовство создавшей меня твари в этот день делало меня такой же уязвимой, как обычный человек без капли колдовских или иных талантов, — она обняла меня на прощание и торопливо удалилась, спеша поскорее оказаться под защитой Временя и его супруги.

И тут отчётливо поняла, что для того, чтобы продолжить путь, нужно добиться, чтобы семейка некромантов сама отдала мне «Очарование Ночи». Книга была украдена зимием вместе с Олинн из земель, принадлежащих богам. При этом нельзя играть в графт с Таруллой или её родичем. Недопустимо было и биться об заклад. Также фолиант запрещалось получить с помощью кражи или обмана.

С комфортом устроившись в предложенном хозяйкой замка кресле, погрузилась в невесёлые размышления. Дар подсказывал и то, что помочь мне не имел права даже Изначальный. Оставалось только одно: отключиться от окружающего меня кавардака и попытаться самой отыскать выход. То, что он существует, не сомневалась и доли мгновения. Солейра и Времень никогда не давали заведомо невыполнимых испытаний для тех, кто доверился им и ступил на Тропы Ледяных Зеркал.