В воздух брызнули странные искры цвета грязного снега, просевшего под ласковым весенним солнышком, но драконы выставили щит. Он мгновенно поглотил эту мерзость до последней «снежинки». Метка нашей главной врагини потускнела, стала заметно меньше, но не пропала совсем.

Я, честно говоря, так и не смогла придумать, что делать со всем этим безобразием. Оставалось только надеяться, что стоящая мысль все же постучится в мою уставшую от кропотливой работы в мастерской голову.

Чутьё посоветовало отправляться отдыхать. Сейчас Артайя не сможет подтолкнуть чёрного дракона на очередную глупость. Мне же настоятельно рекомендовало основательно отдохнуть. Пожелав всем спокойной ночи, поспешила к себе.

Сны, посетившие меня, оказались совсем неприятными. Снежная демонесса решила превратить мою жизнь в непрекращающийся кошмар, но рассерженно зашипела. Она неожиданно для себя столкнулась с гневом не только Солейры и Временя, но и Калева. Изначальный сам долго рассматривал «метку» на запястье Фернора. Потом что-то прошептал, и отвратительный нарост на смуглой коже исчез без следа.

— Поклянись мне собственной душой и благополучием Хабблы, что больше никогда не станешь биться об заклад или играть в шамс или другие азартные игры! Если ты снова оступишься, то попадёшь в вечное рабство к Снежной Госпоже.

— Клянусь. Надеюсь, моя дочь больше никогда не узнает позора ярма рабыни.

— Это я тебе обещаю, Фернор, — Калев на несколько мгновений замолчал, словно прислушиваясь к чему-то, что происходит очень далеко отсюда. Потом проронил. — Возвращайся в свои владения, выбери дело по душе и больше никогда не связывайся с Таруллой и Парвисом. Эти двое ещё никого не доводили до добра. Видеться с Хабблой тебе никто не запрещает. Ты уже и так достаточно наказан, так как понял всю глубину своей вины и всё ещё любишь Алиру. Увы, таково решение Великой Матери и Временя. Вам уже никогда не быть парой. Наберись мужества и живи дальше. Когда полностью загладишь последствия собственного проступка, встретишь ту, что заставит твоё сердце гореть в драконьем пламени Истинной Любви, — после чего бессмертный ушёл, не соизволив рассказать что-то ещё.

Лучи утреннего солнца возвестили, что мне пора снова приниматься за работу. Ощущение того, что от неприятных обязательств перед Таруллой и Парвисом следует избавиться как можно скорее, усиливалось с каждым канувшим в прошлое часом.

«Очарование Ночи» в их руках могло натворить слишком много горя и бед. Поэтому принялась за дело, оставляя время только на еду и сон. С лёгким раздражением поняла, что тело и душа жаждут хоть небольшой передышки. Силы были почти полностью истощены, а дел ещё оставалось безумно много.

Лорд Алтор взял изготовление части заказа на себя. Когда попыталась возразить, меня мягко, но непреклонно заставили замолчать:

— Как только ты ослабеешь от непосильного труда, Артайя снова попытается взять тебя в оборот. Погубить строптивую девицу, посмевшую высунуть нос на Тропы Ледяных Зеркал, будет гораздо проще. Если у той просто не останется сил, чтобы сопротивляться тёмной магии Снежной Госпожи.

Пришлось признать, что супруг хозяйки замка говорит дело. Так мы и проработали, изредка советуясь друг с другом, как половчее сделать тот или иной настенный амулет. Предчувствие того, что времени остаётся всё меньше, усиливалось так быстро, что начинало отзываться предчувствием страшной беды. Она находилась уже почти у самого порога владений леди Алиры Гралльв.

Связаны недобрые перемены будут именно со снежными демонами, а не только с безголовой парочкой некромантов. Чёрный дракон, к счастью, перестал представлять опасность для меня и для семьи владелицы замка.

Промелькнул день. Потом одна неделя, следом вторая. После и третья показала рыжий лисий хвост. Тарулла и Парвис не появлялись, хотя мне осталось сделать только две жаровни и три серебряных зеркала в оправе, изукрашенной звёздочками, выточенными из чуть голубоватого горного хрусталя.

Эту часть заказа делала сама. Больше всего времени и сил ушло именно на огранку трёх мешочков мелких кристаллов. Придать им нужную форму оказалось довольно долго и трудно. Как выяснилось впоследствии, их создала магия снежных демонов. Они сделали всё возможное, чтобы некроманты передали мне «Очарование Ночи» в строго определённый день и час.

Сами по себе предметы, узоры и руны не несли каких-либо опасных свойств. Только я прекрасно понимала, что всё не так просто. Зачем Артайе так нужно было открыть Двери на Тропы и утянуть в свои владения меня вместе с «Очарованием Ночи»? Размышления на эту тему не пришлись мне по вкусу.

Даже два сразу пришедших на ум мотива совершенно не понравились. Либо Артайя решила сделать меня своей собственностью, как Таруллу и Парвиса. Либо усилить собственное могущество, заменив мной Олинн в качестве кровавой жертвы.

Решила перестраховаться. Каждый предмет изготавливала отдельно. Так же собиралась передавать заказчикам только по одному. Поэтому и посоветовалась с леди Алирой и лордом Алтором, как сделать так, чтобы чары на предметах никак не смогли взаимодействовать.

— Будь предельно осторожна, Береника, — супруг хозяйки замка не скрывал лёгкого недоумения и сильной тревоги за судьбу гостьи. Слишком уж странно выглядело, что зеркала и жаровни были именно тем, чем казались. — Не покидай поместья рода Гралльв. Что-то мы, видимо, упустили из вида. Тарулла просто так и пальцем о палец не ударит. Слишком уж подла эта молодая некромантка, чтобы не насторожиться. Малейшая оплошность может обойтись неоправданно дорого. Смотри, чтобы твоя кровь или какая-то личная вещь не попала в руки к этой беспардонной и бессердечной парочке.