– Наоборот, – возразила она. – Кейн или твой отец получат хорошую прибыль. Это будет неплохой вклад денег.

– Почему ты посылала за Уинтерсом? – Колин словно не слышал ее доводов.

Алесандра не собиралась ему уступать.

– Натан дал разрешение на продажу акций?

– Да.

– И когда ты решишь?

– Я уже все решил. Поручу это дело Дрейсону. А теперь довольно об этом. Ответь мне на мой вопрос. Почему ты посылала за Уинтерсом?

– Я уже объясняла, – начала она. – У меня горло…

– Знаю, – сказал Колин. – Тебе было больно глотать.

Алесандра сворачивала и разворачивала белую полотняную салфетку.

– Действительно, у меня немного болело горло.

– Да, – согласился он. – А теперь я хочу, чтобы ты сказала мне всю правду. И не своди с меня глаз, когда будешь давать объяснения.

От неожиданности Алесандра уронила салфетку себе на колени. Немного помолчав, она наконец подняла на него глаза.

– Очень невежливо с твоей стороны уличать меня во лжи.

– Неужели?

– Да.

– В самом деле?

– Потому что, если бы я рассказала тебе всю правду, ты пришел бы в бешенство.

– В будущем ты мне не будешь лгать, женушка. Дай мне слово.

– Но ты же мне лгал.

– Это когда же?

– Когда говорил, что больше не работаешь на сэра Ричардса. Я видела денежные поступления от него в твоих бухгалтерских книгах, Колин, и слышала, как он разговаривал с тобой о новом задании. Да, ты мне солгал. Если ты поклянешься мне не лгать в будущем, то и я с радостью дам тебе свое слово.

– Алесандра, это не одно и то же.

– Неужто?

Неожиданно муж привел Алесандру в ярость. Она бросила салфетку на стол как раз в тот момент, когда в распахнутую дверь вошел Фланнеган с подносом в руках.

– Я ничем не рискую, Колин. А ты рискуешь. Ты не можешь упрекать меня, верно? – Не дожидаясь ответа, она поспешно продолжила:

– Ты намеренно влезаешь в опасные дела. Я же никогда такого не делала. Теперь, когда мы поженились, я думаю не только о своем благополучии, но и о твоем. Если с тобой что-нибудь случится, я буду уничтожена. Однако если что-то произойдет со мной, думаю, ты почувствуешь лишь легкое неудобство. Мои похороны отвлекут тебя от твоей работы на несколько часов. Прошу меня извинить, сэр, пока я не наговорила того, о чем потом буду сожалеть.

Алесандра не стала ждать его позволения выйти из-за стола. Кроме того, она оставила без внимания его требование не делать этого и бегом направилась в свою спальню. От злости она чуть было не хлопнула дверью, но вовремя сдержалась, помня о достоинстве и приличиях.

К счастью, Колин не последовал за ней. Сейчас Алесандре нужно было побыть одной, чтобы справиться со вспышкой ярости. Она была огорошена тем, что так быстро и так сильно разозлилась на Колина. Она ему не нянька, говорила она себе. Если Колин хочет работать на Ричардса, она не сможет да и не станет пытаться отговаривать его.

И все же ему не следует так рисковать. Если бы Колин думал о жене, то не стал бы наносить ей такую обиду.

Алесандра попыталась избавиться от гнева, шагая по комнате. Она ходила туда-сюда перед камином добрых четверть часа, не переставая что-то бормотать себе под нос.

– Мать-настоятельница никогда не стала бы подвергать себя риску. Она знала, насколько все ее воспитанницы от нее зависят, и она никогда не стала бы пренебрегать опасностью. Она любила меня, видит Бог!

– Сомневаюсь, что сэр Ричардс стал бы просить монахиню работать на него, Алесандра.

Колин сделал это замечание, стоя в дверях. Алесандра так была погружена в свои переживания и несвязные речи, что не слышала, как отворилась дверь. Она обернулась и увидела своего мужа, который стоял, прислонившись к дверному косяку, небрежно сложив руки на груди. Он улыбался, но нежность, которую она увидела в его глазах, не обманывала ее.

– Твои насмешки лишают меня всякого терпения.

– А меня раздражают твои недомолвки, – возразил Колин. – Почему ты не сказала, что расстроена тем, что я все еще не оставил службу у сэра Ричардса?

– Я не могла предполагать, что это меня так расстроит.

Он приподнял бровь после такого странного признания.

– Ты хочешь, чтобы я порвал связи с сэром Ричардсом?

Алесандра хотела было кивнуть, но неожиданно для себя отрицательно покачала головой.

– Я хочу, чтобы ты сам захотел оставить это. Вот в чем разница, Колин. На то Божья воля, возможно, ты когда-нибудь это поймешь.

– Помоги мне понять сейчас.

Прежде чем заговорить снова, Алесандра в раздумье поглядела на экран камина.