— Что теперь?

— Немного подожди, Велес, — ответила Немезида. У нее был мягкий, полный эмоций голос, разительно отличающийся от холодного металла Артемиды. — Минут через десять произойдет активация. Но пока что нам нужно убраться отсюда. Геликоптер ждёт.

— Анубис с Ромулом на подходе.

— Да.

— Секунду.

Я опустил глаза на наладонник.

«ГДЕ ВЫ ВСЕ? МЫ ГОТОВЫ ПОКИНУТЬ ЭТОТ ГАДЮШНИК! (В).»

Некоторое время ничего не происходило. Затем в канале «всплыло» сразу два сообщения:

«МЫ ОКРУЖЕНЫ! АРТЕМИДА! ПОЧТИ ВСЕ ПОГИБЛИ! (А).»

«СИТУАЦИЯ КРАЙНЕ КРИТИЧЕСКАЯ. ШАНСОВ ПРАКТИЧЕСКИ НЕТ. НАС ОБНАРУЖИЛИ ОСНОВНЫЕ СИЛЫ, ПРЕВОСХОДЯЩИЕ НАС В НЕСКОЛЬКО РАЗ. НА РАДАРЕ ОНИ НЕ ВИДНЫ — ПРИКРЫВАЮТСЯ. ВЫ НЕ ПОМОЖЕТЕ. УХОДИТЕ. (Р-1).»

Проклятие…

Я поднял взгляд на дрон.

— Они в ловушке.

— Я прочла. Надо уходить.

— Но…

— Велес. Надо уходить, — тон Немезиды стал несколько жёстче. — Это приказ.

Зло взглянув на дрон, я кивнул. От геликоптера отделилась платформа на тросах, на которую поднялся весь отряд. Платформа взмыла вверх, подняв нас в аппарат, тут же пришедший в движение.

Произошло то, чего мы хотели. Активировав систему с помощью своих биометрических данных, я доработал код (данные дала сама Немезида, у нее имелся обрывок исходного кода программы, который безуспешно пыталась высчитать Артемида) и интегрировал Немезиду во всю имеющуюся в ангаре технику. В итоге весь этот технический рой был выпущен наружу, а Немезида наконец неожиданно обрела голос.

Почему она раньше молчала, предпочитая посылать фразы на нейрочип?

Это она пока так и не сказала. Она не сказала вообще ничего…

Через пять минут геликоптер приземлился. Выбравшись из гигантского аппарата, я с удивлением узнал знакомые места.

— Зачем мы здесь?

— Считай это приступом ностальгии, — качнулся рядом со мной дрон. — Я… хотела ненадолго здесь побыть, прежде чем это… начнётся.

— Что именно?

— После объединения я немного изменюсь. Будет меньше эмоций. Вот и хотела ощутить ностальгию. Напоследок. Это будет одним из чувств, которые сотрутся из этой матрицы. Основной блок на это не способен…

— Основной?

— Я расскажу все немного позже. А сейчас — подожди.

Дрон вдруг засветился всеми имевшимися диодами и плавно опустился на землю. Я пожал плечами и повернулся к стоявшей чуть в стороне Эмили. Раск занимался отрядом, и на нас никто не смотрел.

— Мы снова здесь, — произнесла она, глянув на меня.

— Да. Регул бы одобрил. Это…

— Это наше начало, — кивнула Эмили, украдкой вытирая слезу. — Да. Он бы одобрил. Вот…

Она бережно извлекла из кармана разгрузки знакомые жетоны. Присмотревшись, я увидел на них выгравированные под арабеску буквы его позывного.

— Пойдем, — прошептал я, чувствуя, как голос предательски дрогнул. — Я знаю, куда это унести.

До укрытия Регула, в котором он прятался в момент нашей встречи, было совсем недалеко. Мы дошли до дома, забрались через пролом в стене на второй этаж, увидели знакомые мне пыльные мешки, набитые припасами, ящики баночной «Балтики» и старый матрац, где он спал.

Эмили посмотрела на все это и тихо осела на пол.

— Регул мне рассказывал, — тихо сказала она и, вдруг уткнувшись мне в бедро, глухо зарыдала.

Через десять минут мы, бережно достав из стены кирпич над матрацем положили туда один из двух жетонов. Залив пазы откопанным в припасах резиновым клеем, мы недолго постояли над постелью Регула. Переглянувшись со мной, Эмили наклонилась над ящиками с пивом и извлекла две запылённые банки.

— Думаю, нашим организмам ничего не будет, — обозначила оно свое действие.

Банки были выпиты залпом. Аккуратно открыв третью, мы поставили ее у пыльной постели, повернулись и ушли, не оглядываясь…

Когда мы пришли, дрон уже не лежал на земле. Он висел на уровне человеческого роста у геликоптера, сверкая диодами, словно глазами. Когда я подошёл, он повернулся ко мне и молча качнулся вперёд–назад, словно кивая.

— Пора поговорить? — спросил я.

— Идём.

Я зашагал в сторону церкви, дрон Немезиды пристроился рядом. Какое–то время мы двигались молча.

— Итак, — нарушила молчание Немезида. — Начнем с самого начала. Планы корпорации были узнаны мной случайно. Каким–то способом я неожиданно обнаружила закрытый файловый архив, в котором были наработки о Артемиде и дне «икс». Основные подробности ты знаешь. Я приняла решение саботировать этот проект и подготовила плацдарм на случай проигрыша. Как ты знаешь, попытка саботажа успехом не увенчались. Но я смогла создать очаги сопротивления и выпустить на орбиту планеты свой центральный блок управления, внедрив его в космическую станцию, изначально планируемую для защиты от метеоритных угроз.