— Дельный план, учитывая то, что у нас завтра будет уже три БТРа, мы сможем начать штурм под их прикрытием и минимизировать потери с нашей стороны. Капитан Климов, что-то добавите?

— Пётр Евгеньевич, да, добавлю еще один момент, мои хлопцы починили двадцать радиостанций, выдадим их засадным полкам и будем координировать действия. Так же предлагаю раздать рации всем значимым службам в городе для того, чтобы сократить покатушки и иметь возможность решать проблемы на местах. Потребовалась машина, связались по рации с Черепановым и оформили госзаказ.

— Дельное предложение! Спасибо. Максим, Паш, сможете на базе КБЧ наладить выпуск радиостанций? Нам потребуется штук пятьдесят что бы обеспечить все значимые объекты города связью.

— Если капитан поделится секретами производства или выдаст сгоревшие образцы раций, то конечно сможем, проблем никаких.

— Конечно поделится, на складе хлама горелого вагон и маленькая тележка валяется. Капитан, собери группу, но о задаче не рассказывай никому, до момента выхода. Костю возьмешь с собой, он вас проведет.

— Так точно!

Капитан козырнул, и они с Костей удалились из зала.

— Я с ними пойду.

— Ни куда ты не пойдешь, вояка нашелся. Чудом выжил и в себя поверил? Собирай своих конструкторов и все силы бросай на восстановление техники, мне она к вечеру нужна будет. Как технику восстановите, заедешь за мной и поедем к границе с юго-западным районом, буду руководить операцией, а ты рядом будешь стоять. А то сорвешься еще в самоволку, деятель.

— Но я…

— Никаких, но! Будешь возражать, отправлю в камеру к Николаю Фёдоровичу, обсудите с ним как я вас репрессировал. Вопросы есть?

— Вопросов нет.

— Ну и отлично. И это, Максим, если авантюра какая созреет в твоей голове, то ты меня ставь в известность, я или доработаю твой план или отговорю от него если он бредовый.

— Я понял Пётр Евгеньевич.

Попрощались с генералом и вышли с Пашей в коридор.

— Етить ты Рэмбо. Чего я еще о тебе не знаю? Ты гений, миллиардер, плэйбой, филантроп и в кладовке Надиного дома прячешь костюм железного человека?

— На всё скажу да, а еще я прячу свой стыд за маской спокойствия.

— Если так, то выходит хреново, тебя красная морда выдает. Ну и скольких ты уже на тот свет успел отправить?

— Если не считать повешенных из-за моей недоработки, то уже больше десятка…

— Охренеть, не зря я тебе вот этот вот шеврон подарил — Пашка тыкнул пальцем мне в плечо — теперь он тебе подходит не только по фамилии, но и по внутреннему содержанию

Шеврон черепа скалился куда-то в пустоту.

— Звать, пожалуй, теперь тебя тоже буду Черепом, Максим как-то не солидно. А так сразу понятно с кем имеешь дело. Гроза преступного мира, владыка конструкторского бюро!

— Ну не юродствуй. В КБ ты уже давно всем заправляешь, я так, на подхвате, максимум на новых проектах задействован.

— Да на новом проекте ты не слабо подействовал, знатного шороха навел.

— Паш, хорош, и так тошно.

— А эт не ради стёба, а назидания для! Чтоб помнил о том, что у тебя друзья есть и с ними можно тяготы разделить.

— Да помню я, помню. В следующий раз, когда по канализации полезем кого-нибудь в расход пускать, обязательно тебя с собой возьму, будешь на коляске нас прикрывать от пуль. Не, ну а чё? Приделаем тебе к спинке броне листы, и ты будешь как подвижный полицейский щит. Пашка робокоп. Как тебе?

— Ахаха Педросян проснулся, лучше б ты так при генерале хохмил.

— Справедливо, уделал.

— Ладно, погнали на склад, посмотрим сколько раций там в наличии есть.

На выходе из администрации мы не встретили ни одного митингующего, слезоточивый газ и резиновые дубинки всех отправили по домам. У порожков нас уже ждал Захар на УАЗе. Ехали на склад практически молча, и только радио в лице Димова не умолкало всю дорогу. Пашка не стал рассказывать Захару о моих геройствах, чему я был несказанно рад, если бы Димов узнал, то к утру успел бы поведать эту историю всему городу. А весь город в своих злоключениях обвинил бы меня и был бы в этом в принципе прав. К вечеру меня бы уже растерзали «мирные» озлобленные жители. А Захар не ту профессию выбрал, ох не ту. Из Захара вышел бы отличный журналист или рекламщик, с его то умением не умолкая трещать и разносить вести по округе.

Без пробок долетели до склада. Там нас, как всегда, встретил уже знакомый мне Саня. На склад частенько приходилось заскакивать последние недели, и мы с Сашей хорошо сдружились.

— Макс, какого хрена? Я же просил не привозить с собой этого придурка…

— Сань, я его не звал, он сам увязался.

— Сашуля, я тебя тоже люблю! Ты же тут со скуки сдохнешь без дяди Димова. А вот врать товарищ начальник не хорошо, не увязался, а присматриваю за вами, ибо как дети малые. Ох Санёчек, прикинь, приехал за ними, забрал, на склад отвез, вот этому одноногому бандиту помог из тачки вылезти, а они вот так про меня. Не помните вы добра граждане. Ай!