Говоря это, полковник подошел к шкафу и достал из него знакомый саквояж. Никаких сомнений, там находятся нелегальные артефакты по переводу и съему опыта.

— То есть, это опять в обход руководства, и опыт вы собираетесь прибрать к рукам? — сделал вывод Виктор.

— Не совсем так. Я намереваюсь употребить его на подготовку своей команды. Как я уже говорил, отсутствие связи с Эфиром, делает меня неконкурентоспособным. Наличие инициированных помощников серьезно нивелирует этот недостаток.

— Когда мы захватили ту банду, батя мне сказал, что взять опыт с палача не грешно. Главное, как ты его употребишь. Надеюсь, что пока я его употребляю к вящей пользе моей страны.

— Витя, у меня нет семьи, нет наследников. Все, что у меня есть, это служба Родине. Как бы пафосно это ни звучало. А еще, я не проживу без своей работы. Просто сопьюсь. Видел уж, ищеек, которых вышвыривали на пенсию. Вроде как и на заслуженный отдых, а им белый свет не мил. Опускались на самое дно. Так-то, сынок.

— И как вы собираетесь прикрыть эту операцию?

— Да просто все. Организация побега пленных из концентрационного лагеря. Вы погрузите на свои машины две тысячи винтовок, и двести тысяч патронов. Перебьете охрану лагеря, соберете пленных офицеров и сержантов, предложите им организоваться и напасть на склады с трофейным оружием, в десятке километров от Сяогана. Раздадите им имеющееся у вас винтовки, и уйдете.

— А если они не захотят организовываться?

— Да и черт с ними. В любом случае в тылу японцев окажется как минимум две тысячи отчаянных, обозленных и вооруженных бойцов. И после того, что им довелось пережить, обратно они уже не захотят. Какой-то вред они все же нанесут.

— Сколько человек охраняет лагерь?

— Две пехотные роты.

— Не многовато? — вздернул брови Виктор.

— Ну, вы то же не мальчики. И броня, и опыт боев. Во взводе нет новичков. Так что, их численный перевес не столь уж и важен, — уверено заявил Григорьев.

— Какие-нибудь детали известны?

— Нет, Витя. С этим тебе придется разбираться на месте.

— Авантюра какая-то.

— Согласен.

— Где располагается взвод?

— Зайди в отдел кадров, ознакомься с приказом, и прихвати копию для комбата Белова. Там же тебе объяснят, где твои подчиненные.

— Ясно.

— И еще, такой момент, Витя. Тебе придается кинооператор.

— Кто? — не смог сдержать удивления Нестеров.

— Кинооператор. Ну или кинохроникер, если быть более точным. Ему поручено снять фильм о зверствах японцев.

— Самураи и сами с удовольствием снимают и фотографируются. Даже печатают это в своих газетах.

— Знаю. И если получится, ты добудешь и эти материалы.

— Я все понял, Александр Трифонович. Разрешите вопрос не по теме? — решил сменить направление беседы Виктор.

— Спрашивай.

— Я понять не могу, с чего это наше правительство вдруг решило начать так серьезно помогать Чан Кайши. У Гоминдана появились лишние деньги? Или мы вдруг ударились в благотворительность?

— Правительство решило предоставить Гоминдану крупный займ с отсрочкой начала платежей. Ну и ясное дело, даем не деньгами, а оружием, военным снаряжением, подготовкой военных и гражданских специалистов. Во всех наших высших учебных заведениях появились китайские факультеты. Не за красивые глазки, конечно. В ответ мы получаем в безвозмездную аренду на девяносто девять лет остров Хайнань. Почти триста километров в длину, и порядка ста пятидесяти в ширину. Целая провинция.

— И зачем он нам нужен? Находится за тысячи километров. Поди еще его удержи в руках, если вдруг закусимся с теми же японцами.

— Смешной, ты Витя. Это же тропики. За сельское хозяйство помолчу. Хотя подспорье для республики огромное. Но главное, там подходящие климатические условия, для разбивки плантаций гевеи. А потребность в каучуке с каждым годом только растет. Ну и такой момент. Наше географическое общество, по договоренности с Чан Кайши, отправило на остров научную экспедицию. Ее члены обнаружили там крупное месторождение железной руды.

— Научная экспедиция, или геолого-разведка? — с сомнением уточнил Виктор.

— Ну не в открытую же собирать сведения. А под прикрытием научной экспедиции можно изучать все что угодно. Не только геологию, но и станет ли там вообще расти гевея. И когда все сошлось как надо, оставалось выждать удобного момента, когда Чан Кайши будет готов пойти на уступки. В результате Песчанин сделал ему предложение, выгодное обеим сторонам. Как некогда это проделала царская Россия, заполучив Порт-Артур на противоречиях Китая с европейскими державами.