– Это инопланетное?
– спросил Капитанов.

– Нет здешнее: меня пытали.

– Вы так спокойно говорите?

– О, я привыкла. Меня постоянно пытают, хотя я и не знаю никаких тайн.

– Тогда зачем же?
– удивился Капитанов.

– От скуки, наверное. Людям часто бывает скучно.

За следующие два дня они проверили ещё восемь обьявлений и все восемь бессовестно лгали. В последний раз им уже вручили партию из трехсот кожаных курточек без рукавов, хотя речь шла об одной плащевой курточке с рукавами. Практически чудом сделку удалось отменить.

– Я так больше не могу, - сказал Капитанов, - я согласен, я совершенно согласен с вами в том, что мы не найдем ни одного честного человека.

– Вас это не гнетет?
– спросила Богомолова.

– Гнетет.

– Тогда нужно что-нибудь сделать. Нужно протестовать. В конце концов это же ваша планета.

– Как же я могу протестовать? Выйти на улицу и кричать: "Помогите!", так, что ли? Ведь никто не поможет. Не могу же я вызвать их всех на дуэль? Сейчас ведь не девятнадцатый век, а я не Пушкин и не Лермонтов. И у меня нет пистолетов.

– Зато у меня есть, - сказала Богомолова.

– У вас? Я знаю вас, как женщину честную и не могу сомневаться в ваших словах. Но откуда?

– От отца. Мой отец был оружейным мастером. Хорошие мастера всегда были в почете. Он изготавливал оружие только на заказ, не серийное, а подарочное. Он оставил мне два пистолета.

– Но пистолеты должны быть одинаковыми.

– Это настоящие дуэльные пистолеты. Каждый может выстрелить только один раз. Мой отец сказал мне когда-то: "Я оставляю их тебе, потому что в жизни ты встретишь очень много негодяев. И тебе будет легче, если ты будешь знать, что каждого из них ты сможешь вызвать на дуэль." Я спросила: "Если их будет много, то которого же мне вызвать?" И знаете, что он ответил? "Любого. Все подлецы одинаковы и одинаково заслуживают наказания."

– Но вы же не собираетесь на самом деле?

– Я уже попробовола как-то. Меня грубо оскорбил незнакомый человек. Я сказала, что пришлю ему вызов по почте и он дал мне свой адрес.

– Значит, он потом извинился?

– Нет. Он написал мне, что живет на Олимпийской, 38. А оказалось, что на Олимпийской построили только дома с нечетными номерами. Это новая улица.

– Тогда он действительно негодяй.

– И не он один. Я вызывала ещё двоих и каждый вел себя примерно так же.

– Наверное, стреляться на дуэли могут только порядочные люди, - сказал Капитанов.

– Да, я тоже это поняла и уже не собираюсь никого вызывать. Во-первых, порядочных людей не стоит убивать. А во-вторых, где же взять порядочных, когда каждый лжет и не стесняется лгать? Если бы я с кем-то стрелялась, то только с вами. Вы хотя бы этого достойны и сможете это оценить.

В тот же день Богомолова пригласила его к себе в гости. Она жила в частном доме; дом состоял из одной маленькой комнаты, совершенно квадратной и совершенно непригодной для жизни. Во дворе сидела на привязи пухленькая собачонка. Собачонка была веселого нрава.

– Это Колобок, - сказала Богомолова, я его не выпускаю со двора.

– Почему? Он кусается?

– Нет, он просто не любит ценники. Сейчас же везде торгуют. А Колобок, как увидит ценник, сразу бросатеся на него и срывает зубами. Колобок, что ты делаешь! Это же новая кофточка!

Она отобрала кофточку у Колобка, оторвала ценник и бросила собаке, чтобы та играла.

– Вы мне покажете ваши пистолеты?

– Сейчас. Они в моих старых игрушках.

– Странное место для оружия.

– Его станут искать там в последнюю очередь. Вот, эта коробка, смотрите.

Она открыла синюю плоскую поробку, величиной с конфетную, и Капитанов увидел два длинноствольных пистолета, аккуратно вложенных в пазы - ствол к ручке.

– На таких стрелялись сто лет назад, - сказала она.
– Здесь даже нет патронов. Просто набиваешь ствол порохом, а потом вкатываешь пулю. Она круглая, как шарик.

– Вы умеете стрелять?
– спросил Капитанов.

– Никогда не пробовала. Но если стреляться с близкого расстояния, то я попаду.

– А вы знаете, как проводятся дуэли? Наверное, есть много правил.

– Во первых, нужны секунданты. А потом все просто: мы становимся на растоянии в тридцать шагов и начинаем сходиться. У кого нервы слабее, тот выстрелит первый. Зато, если не попадет, то противник подойдет ещё ближе и застрелит его в упор.

– Я никогда не понимал дуэлей, - сказал Капитанов, - неужели нельзя обратиться в суд?

– Дуэль - это божий суд, а он справедливее человеческого.

– Что-то божьего суда не слишком много видно в нашей жизни.