— А вы товарищ майор думаете, что сразу возьмете командование на себя? А документы у вас есть, подтверждающие, что вы майор? Сейчас я вижу перед собой простого бойца.

— Я был вынужден переодеться.

— А документы?

— Выбросил.

— Значит я должен поверить первому встречному? Ни формы, ни документов, только ваше голословное утверждение. Я похож на дурака? Значит так, согласно приказа командира полка, командовать отрядом назначен я! Мне неважно, какое звание и какую должность вы занимали ранее, сейчас вы просто штрафники, которые сдались в плен. Все вы нарушили свою присягу и знаете, что за это вас ждёт трибунал. Наш командир полка даёт вам шанс искупить свою вину перед Родиной. Сейчас вы все поступаете под моё командование невзирая на ваши чины и должности, отказ будет приравнен к неисполнению приказа. Также довожу до вашего сведения, что командующий Западным фронтом маршал Тимошенко издал приказ, согласно которого, все наши части и военнослужащие оказавшиеся в окружении должны беспрекословно выполнять приказы капитана Нечаевой. Вам всё ясно товарищ майор?!

— Ясно. — Недовольно буркнул майор. Ему очень не хотелось идти под командование зелёного лейтенанта, но ничего сделать он не мог. На нём солдатская форма, документов нет, и похоже лейтенант не врал насчёт Нечаевой. Он всего три дня, как попал в плен и слышал слухи про отряд Нечаевой, которая в немецком тылу бьёт оккупантов. — А что насчёт оружия?

— Насчёт оружия, не очень далеко отсюда, находится немецкий пункт сбора трофейного вооружения. Сейчас он хорошо охраняется, но захватить его можно. Сегодня вы отдыхаете и набираетесь сил, заодно скажите свои ВУС и будете распределены по подразделениям, а завтра мы выступаем.

Морозов перевёл дыхание, честно говоря он немного трусил, всё же опыта командования у него было немного, но он всё же справился. За сегодня он сформирует из пленных отряд, назначит командиров, а они немного наберутся сил, хорошо, что среди них не было тяжелораненых, только два десятка легкораненых, впрочем удивляться тут было нечему. Все тяжелораненые просто погибли, или сами умерли от ран, или их пристрелили конвоиры, когда те не могли идти дальше.

Про склад они узнали от фельджандармов, а также что в его охране стоит рота с тремя трофейными танками и батареей противотанковых орудий, тоже трофейных. Теперь захватить такой склад будет нелегко, но он и не собирается штурмовать его в лоб белым днём. Для начала он организует несколько мелких засад на небольшие части немцев и немного вооружит пленных, а затем и двинется к складу вооружения. А ведь ещё надо решать и вопрос с питанием, не только достать продукты, но и полевую кухню тоже, сейчас под его командованием оказался целый батальон, и прокормить четыре сотни бойцов не так легко. Вот сейчас он начал понимать Нечаеву, как ей приходится нелегко, у неё ведь теперь более тысячи бойцов, и обеспечить их всем необходимым не так легко.

Утром следующего дня его батальон, да, по количеству людей его отряд вполне тянул теперь на батальон, так вот, они устроили засаду в очень удобном месте, а кроме того выставили дозоры по обе стороны от места засады. В случае опасности, дозорные подадут сигнал и тогда они просто пропустят несостоявшуюся жертву. Сначала проехало несколько автоколонн, но они были большими и Морозов просто не рискнул с ними связываться. А вот потом показалась рота велосипедистов, около сотни немцев на велосипедах и дозорные показали знаками, что и спереди и сзади чисто. Кроме шести ручных пулемётов взвода, они захватили ещё три у конвоиров, и теперь у них было 9 ручных пулемётов, три родных ДП и шесть немецких «Косторезов», МГ-34. Вот они все и ударили почти в упор по велосипедистам, просто снося их с дороги, а остальные бойцы добавили из своих СВТ. Ошеломлённые внезапным нападением немцы ни чего не смогли и не успели сделать. Их очень быстро перебили, после чего бывшие пленные выскочив на дорогу подхватили тела немцев и их велосипеды и потащили их в лес. Морозов не хотел настораживать противника, конечно немцев будут искать, только зачем облегчать противнику их поиск? Чем позже их найдут, если вообще найдут, тем лучше. А пока за счет уничтоженной роты противника он вооружил треть своего батальона, да и бывшим пленным нужно было поднять дух, а ничто так его не поднимает, как уничтожение противника.

Уже в лесу немцев обшмонали, забрав всё нужное, и так и оставили их лежать среди деревьев, главное, что их тела с дороги не видно, если только через несколько дней они слишком сильно вонять не начнут, но в любом случае его батальон уже будет далеко. Отряд обогатился ещё на четыре ручных пулемёта, это не считая более сотни немецких винтовок. Теперь, когда он более или менее вооружил свой отряд, можно было двигаться и к складу трофейного вооружения. Учитывая состояние бойцов, которые ещё не отошли от голода, они шли двое суток. Всё продовольствие взяли с собой, а грузовики уничтожать не стали, так и оставили их стоять замаскированными в лесу, немцы на них навряд ли наткнутся, а там глядишь, может позже и самим пригодятся, кто его знает, как жизнь сложится. Теперь, когда в отряде появилось более сотни котелков, проблема с ними частично решилась. По любому с питанием бойцов стало полегче. До пункта сбора они не дошли километров пять, встав на ночлег в лесу. Утром Морозов сам отправился вместе с разведчиками к пункту сбора. Тот разместился в поле, до края леса было чуть больше километра. Раньше это была колхозная МТС, посреди поля стояли несколько больших сараев и небольшая конторка. Немцы обнесли всё это колючей проволокой и поставили три вышки с пулемётами, а внутри еще стояли и три танка, наши Т-26. Не известно было, рабочие они или нет, но их башни с вооружением были похоже в полном порядке и даже, если танки не могли двигаться сами, то по крайней мере, как неподвижная бронированная огневая точка они вполне функционировали. Да, атаковать немцев в лоб дохлый номер, он положит всех своих людей и навряд ли сможет захватить МТС. Нет, открытой атакой тут ничего не сделаешь, надо ждать ночи и тогда атаковать. Постараться бесшумно снять часовых, проникнуть внутрь, заблокировать или захватить танки, окружить немецкую казарму, которую они сделали из одного из сараев и только тогда атаковать.

Вернувшись назад, Морозов приказал всем спать, а часовым наказал поднять их в два часа ночи. К четырём часам утра отряд приблизился к МТС на расстояние в 200 метров и затаился. Вперёд двинулись разведчики. Они за полчаса проникли на огороженную территорию и сняли трёх часовых. В проволочном заграждении тихо проделали большие проходы и бойцы, стараясь не шуметь, двинулись вперёд. В танках ни кого не оказалось, они стояли пустыми и с открытыми люками, видимо для того, что бы в случае тревоги экипаж мог быстро занять свои места, не тратя своё время на открытие запертых люков танка. Сейчас места в боевых машинах заняли уже наши танкисты, с трудом, но экипажи для них собрали, и теперь они не заводя двигатели, это что бы раньше времени не всполошить немцев, разворачивали башни в сторону казармы. Трое пулемётчиков заняли места прямо под вышками, так как на них тоже дежурили немцы, и как только остальные бойцы заняли свои места вокруг казармы, они открыли огонь. Пулемётные пули с лёгкостью прошивали достаточно тонкий настил из досок, так что спустя каких то 10 секунд, все пулемётчики на вышках были уже мертвы. Одновременно с этим рявкнули пушки танков, и три фугасных снаряда разом рванули, проделав три достаточно больших дыры и почти сразу в немногочисленные окна сарая полетели гранаты, а следом за этим ударили пулемёты. Надо отдать должное, не смотря на полностью внезапное нападение и шквальный огонь, немцы спустя минуту начали отстреливаться, правда очень редко и каждая такая огневая точка почти сразу подавлялась слаженным огнём. Спустя десять минут всё было кончено, развалины сарая ярко горели, временами там раздавались звуки выстрелов, когда от огня начинали рваться патроны.

Из небольшой пристройки освободили десяток наших пленных, все они оказались из оружейных реммастерских и сейчас ремонтировали оружие. Это хорошо, думал Морозов, во-первых, они должны всё знать, что и где лежит, а во-вторых, такие мастера пригодятся самому. Разбираться по темноте не стали, телефонную линию перерезали перед нападением, а вблизи других немецких частей не было. Пока ждали недолгого рассвета, раскочегарили полевую кухню, она тоже оказалась нашей, немцы очень охотно их использовали. Запас продуктов оказался достаточно большой, всё же тут рота немцев квартировала и запас продовольствия был примерно на неделю, правда они уже успели подъесть, но батальону на пару дней этих продуктов хватит. На территории МТС оказалось шесть грузовиков, четыре наших Захара и два немецких Опеля. В один грузовик загрузили оставшиеся продукты и подцепили к нему кухню, а в оставшиеся стали грузить оружие и боеприпасы. Всё немецкое оружие и патроны к нему погрузили в один из грузовиков. Выбрасывать его Морозов не захотел, а вдруг понадобится? Уже успев оценить практичность и огневую мощь СВТ, он приказал вооружиться ими всем бойцам, правда и от ППД, которых оказалось шесть десятков, тоже не отказался. Ещё взяли десять Максимов, три десятка ДП и оставшуюся сотню СВТ. Всё остальное место в грузовиках набили патронами и гранатами, их оказалось десять ящиков Ф-1 и семь РГД-33, и по десять ящиков со снарядами, благо они были 45 миллиметров и особо много места и веса не займут. Четыре сорокопятки тоже прицепили к грузовикам, пригодятся. Он уже собирался поджечь оставшееся оружие и боеприпасы перед своим уходом, когда дозорные доложили, что на опушке леса появились наши бойцы.

На всякий случай все приготовились к бою, но тревога оказалась ложной. Это оказался отряд старшего лейтенанта Ерадзе из первой роты. Он тоже набрал себе бойцов, правда половину из них составили окруженцы, а освободил он всего около сотни пленных, но в итоге у него тоже набралось примерно на батальон, и он тоже решил его вооружить за счёт этого пункта сбора трофейного вооружения. Короче Морозову, скрепя сердце, пришлось отдать Ерадзе эту сотню СВТ. Вот танки и грузовики с полевой кухней он оставил себе, тут он был непоколебим, как скала. Ерадзе попробовал было раскрутить его на поделится, но тут Морозов стоял насмерть и в итоге Ерадзе пришлось удовлетворится всего лишь сотней СВТ, это не считая Максимов и ДП, которых он взял сколько захотел, также и с патронами проблем не было. Ещё он смог отжать у Морозова десяток ППД, и полтора десятка ТТ из пятидесяти. Короче пришлось Морозову задержаться тут ещё на час, после чего он поджёг перед уходом оставшееся оружие и боеприпасы и двинулся к лесу. Батальон Ерадзе пошел тоже к лесу, но в другом направлении.