– Саш, а он тебе сильно нравится?

Что?

– Ты про пульт спрашиваешь? Не-а. Первый раз его вижу, – отмахиваюсь и присаживаюсь на диван, откидывая голову. Сумасшедшей день, сумасшедшее начало ночи.

– Нет, я про Дениса.

Нравится ли мне Макеев? Если я скажу нет, то это будет самым настоящим враньем, а я и так слишком часто обманывала последнее время.

– Да. Наверно, нравится. А что?

– Ничего, – и спустя секунду. – Ура-а-а-а! Ты переедешь сюда, а я буду вашей частой гостьей. Сань, а можно я остальные комнаты посмотрю?

– Почему ты у меня спрашиваешь?

– Как же. Будущая хозяйка, – смеется и уворачивается от подушки, которую я в нее кинула. – Не обижайся. Глупость сказала. Какая будущая? Настоящая!

Подруга веселится, а я невольно качаю головой. Растерялась. Чувствовала, как в душе что-то заискрило. Надежда? Мечты? Да черт его знает. В голове миллион вопросов. Что будет дальше? Кто я для Дениса? Кто он для меня?

Господи, ну, почему так сложно-то?

Я сидела перед телевизором, когда краем уха услышала голос Янки.

– В комоде ищи. Я их там последний раз видела, – говорила она кому-то, стоя на балконе. – В тумбочке. Нет. Которая в коридоре. Белые, наверно. И что? Слушай, откуда я знаю? Я же с ней не хожу.

Лаврова застыла, когда меня увидела. Видимо, подруга решила, что раз телевизор включен, она на балконе, то я точно ее не услышу. Посмотрела, зажмурилась и отвернулась.

– Тебя спалили. Я? Ты сам виноват. Предупреждаю, расскажу ей всю правду. – сбрасывает и ко мне разворачивается. – Саня, он мне угрожал.

– Кто?

Матвей? Он в нашей квартире? Почувствовала, как волна раздражения пробежала по коже.

– В смысле, кто? Макеев твой. Блин. Я сама нас спалила, да? Но давай Денису скажем, что это он сделал.

– Ян, ты о чем, вообще?

Подруга щурится и, смотря по сторонам, пытается пройти мимо меня.

– Я дала Денису ключи от нашей квартиры.

– Зачем?

– Так он попросил. Ой, угрожал. А сейчас форму твою спортивную найти не может. Напомни, ты в каких кроссовках бегаешь? В белых же?

– Да.

– Ага! Я была права, – говорит, пальцем тыкая по экрану телефона. – Вы же бегать собрались. Вот он и поехал за вещами. Ты не знала?

Нет. Понятия не имела. Ох, блин. У меня же там вещи разбросаны. А нижнее белье… В комоде же.

– Дай телефон, – выхватываю трубку и набираю последний номер.

Гудок. Еще один.

– Пончик, где у вас пакет найти можно? Я все это в руках не унесу. О, и еще вопрос: купальники она в каком ящике хранит?

– В секретном. Макеев, ты что там делаешь?

– О, Карамелечка. Как дела?

Закрыла глаза, представляя Дениса в нашей с Янкой квартире.

– Отлично. Расскажешь, почему один туда поехал? Мог ведь и меня с собой взять.

– Ну, конечно, – фыркает он, – знаю я тебя. О, нашел. Ты бы не собрала все нужное и добровольно не вернулась в мою квартиру. А так… Что-нибудь еще прихватить?

Чтобы он опять открыл мой шкаф?

– Нет! Ничего не надо.

Янка включила кофемашину и мне пришлось уйти в другую комнату, чтобы слышать Дениса. Ноги сами понесли меня по известному маршруту. Его комната. Его вещи. Кактус. Опустилась на кровать, потолок разглядывая.

– Когда вернешься?

– Соскучилась? – весело, а потом уже серьезно добавил он. – Скоро. Улажу еще одно дело и сразу к тебе. Не уснешь?

– Нет. Конечно, я тебя дождусь. Какое дело? Это насчет машины?

– Почти. Кстати, какой твой любимый цвет? – вдруг неожиданно интересуется он.

– Белый.

Такой странный вопрос. Не ожидала его услышать. Но ведь мы и правда мало что знаем друг о друге. Любимый фильм? Сериал? Музыкальная группа? Торт? Удивительно, но прямо сейчас мне захотелось завалить Макеева вопросами. Расспросить обо всем. Но я понимала, как глупо это будет смотреться со стороны. Не подходящий момент. Не по телефону. Нужно спросить, когда он будет рядом. Смотреть на него в этот момент. Зачем? Да просто хотелось мне видеть его.

– Возвращайся, Макеев. Кактус тебя заждался.

– Передай ему, чтобы снял с себя все иголки.

Что? Вот же… гад. И ответить не дал возможности. Засмеялся и сбросил.

Мои щеки вспыхнули, и единственное, что я могла сделать, – посмотреть на чертов кактус и смущенно покраснеть. Боже, какой же он идиот. Денис. Не кактус. Я пододвинула к себе подушку, что все еще хранила запах Макеева. Наступило такое спокойствие, от которого глаза начали слипаться. В комнате было темно. Янка включила телевизор и, кажется, не собиралась отправляться на мои поиски.