Услышав, что Джордан начинает принимать его слова, Ник расслабился и заговорил нормальным голосом. Почувствовав, что Джордан следит за его мыслью и не реагирует чрезмерно остро, Ник перестал так осторожно подбирать слова.

— …Знаю, ты виделся с Бриком всего несколько раз, но на самом деле у него есть давнее военное прошлое, — честно продолжил Ник. — Он не любит это афишировать и не рассказывает об этом большинству своих детей… но он даже сражался на Второй Мировой Войне, будучи человеком. Его обратили ближе к концу войны.

Подумав об этом, Ник поморщился.

— К сожалению, те ранние события практически сформировали менталитет Брика в отношении войны. А также в отношении человеческого поведения и того, на что способны люди. Его человеческая семья была цыганами, и большинство его родни умерло в лагерях смерти, созданных в ходе войны. Когда нацисты узнали об этническом происхождении Брика, его ждала такая же судьба, хотя изначально его содержали как обычного пленника. Брик спасся лишь тогда, когда мимо проходил вампир, захотевший покормиться от узников лагеря. Брик понравился этому вампиру… ну, остальное ты себе представляешь.

Помедлив и давая Джордану время переварить это всё, Ник провёл рукой по волосам.

Заметив, что группа девочек-подростков смотрит на него, он отвернулся.

Не оглядываясь на них, Ник прошёл глубже в тень, опустив голову и держась подальше от яркого света фонарей.

— Ну так вот, — продолжил Ник. — Я рассказываю это тебе потому, что Брик так и не избавился от некоторых ментальных образов тех лет. Даже сейчас он никому не доверяет. Он считает, что большинство людей — куски дерьма. Он думает, что большинство из них — развращённые монстры, если ты можешь в такое поверить. Он также считает, что они убьют его сразу же, как только взглянут на него. Брик толком никому не доверяет.

— Но он доверяет тебе, верно?

Ник издал невольный смешок.

— Нет, чёрт возьми.

Подумав над этим, он снова рассмеялся.

— Нет. Совершенно точно нет.

— Но у него есть союзы, верно? Люди, с которыми он работает?

Ник покачал головой, затем пожал плечами.

— Ну да, ладно. Конечно. Но Брик не доверяет им и не особо полагается на свои союзы. Суть Брика сводится к власти. К корыстному интересу. Если бы у него имелась какая-то философия, она наверняка формулировалась бы как-то в духе: доверяй через силу/власть. Или, может, если перефразировать более замысловато: доверяй через устрашение. Не думаю, что он когда-нибудь избавится от такого мышления. Я также не думаю, что он когда-нибудь перестанет хотеть быть парнем, у которого больше оружия, больше клыков, больше бомб и больше денег, чем у того, кого он считает потенциальной угрозой…

Ник слегка фыркнул.

— …а это практически все на свете.

Джордан хмыкнул.

На сей раз Ник услышал в этом звуке понимание.

— Он также, наверное, всегда старается скрывать такие вещи, — добавил Ник. — Он хочет оставлять побольше ловушек, несколько запасных путей к отступлению, которые никто не найдёт. Брик всегда следит, чтобы у него имелись ресурсы для победы. Если он совершенно никак не может победить, то его планом Б определённо будет обеспечение всего необходимого для выживания и/или залегания на дно, чтобы перегруппироваться и попытаться победить попозже. Брик ничего не оставляет на волю случая, если есть такая возможность.

— Например, как в Лондоне, — сказал Джордан.

— Ага, — Ник фыркнул. — Именно так, как в Лондоне. События в Лондоне — это классический Брик во всей красе… вплоть до усмешки в конце, когда он позволил всем нам думать, что нас вот-вот разорвёт на куски видящий-телекинетик.

Продолжая размышлять, Ник смотрел, как старомодный троллейбус проезжает по Маркет-стрит.

— Честно? — признался он. — Теперь я это лучше понимаю. Когда он был человеком, его едва не убили за его расу. С тех пор ему не нравится полагаться на прихоти истории. Не сомневаюсь, что именно поэтому он объявил себя Королём. Брик не позволит кому-то другому направлять его. Он слишком помешан на контроле. Он также очень, очень остро осознаёт, что дело слишком быстро может принять очень, очень плохой оборот… и иногда это исходит из совершенно неожиданных источников. Иногда от людей или групп, на которых ты не обращаешь внимания, пока не стало слишком поздно.

Ник отвёл взгляд от зданий, на которые смотрел.

Он не узнавал их.

Большинство из них было трансформирующимися приземистыми уродствами из полуорганического цемента и стекла. Большинство также было безликими и индустриальными, несмотря на их цену и виртуальные краски. Эти покрытия постепенно меняли цвет, пока Ник проходил мимо, потому что сенсоры движения уловили шаги его ног.

Ник сосредоточился на аватаре Джордана в его гарнитуре.

Он задался вопросом, почему рассказывает всё это своему напарнику.

С другой стороны, может, давно пора было поговорить о Брике.

— Брик часто говорил мне, что вся наша раса может быть уничтожена, — сказал Ник, засовывая руки глубже в карманы. — Он говорил мне это абсолютно серьёзно, как минимум несколько раз… что вся наша раса легко может быть истреблена практически за одну ночь.

Тон Ника сделался смертельно серьёзным.

— Думаю, он правда в это верит, Деймон. Думаю, Брик искренне верит, что только он стоит между вампирами и их истреблением. С точки зрения Брика, никакой другой вампир не будет достаточно хитрым, достаточно бдительным, достаточно параноидальным, достаточно коварным, чтобы сделать то, что нужно. С точки зрения Брика… без него вампиры просто прекратят существование.