Но несколько деталей он уже понял.

Не Вирадж Дас привлёк Гордона Мурами к работе на дерьмовую компанию, изготавливающую фальшивый вампирский яд. Нет, это был его же муж.

Словно услышав мысли Ника, Риксон пробормотал позади него.

— Они сказали мне, что это сработает, — произнёс он. — Они заверили меня, что это сработает.

— Ты бл*дский идиот, — сообщил ему Ник.

— Ты бы слышал Антонио. Он правда думал, что мы сорвали джекпот. Он думал, что мы все до конца жизни ни в чём не будем нуждаться…

— Ты бл*дский идиот, — повторил Ник чуть громче.

Алан Риксон, похоже, почти не слышал его.

Всё ещё разговаривая сам с собой, он сделал свой голос более низким, имитируя сильный итальянский акцент с преувеличенной напевностью.

— Ты разбогатеешь, Алан. Ты будешь король Залива. Это сделает тебя ведущим кандидатом в мэры через несколько лет. А там и в губернаторы… может, будешь следующей главой Мирового Суда. Или Человеческого Расового Управления. А может, ты выберешь территорию для своего следующего губернаторства. Чикаго… Майами… Может, даже Нью-Йорк. Приезжай в Рим! Навести меня!

Алан издал звук, полный отвращения, и покачал головой.

— Ты погубил собственного мужа, — парировал Ник. — Ты разрушил собственную семью.

Вот это Алан услышал.

Может, он разговаривал сам с собой, но эти слова Ника он услышал.

Его голос сделался резче, и он ткнул пистолетом в спину Ника.

— Ты не знаешь, о чём говоришь, — прошипел он. — Баллотироваться на должность было идеей Гордона. Он полностью поддерживал идею… целиком и полностью. Вся семья поддерживала. Когда я сказал тебе, что мы всем делились, я не врал! Он хотел поехать в Нью-Йорк! Он хотел присутствовать при изначальных испытаниях в Цюрихе и Москве!

— И всё же погиб именно Гордон, — заметил Ник. — А пистолет держишь ты. И теперь ты собираешься похерить мою жизнь? Разрушить мою семью? Зачем?

Человек покачал головой, его голос сделался грубым.

— Не стоило тебе приходить в мой дом, Ник, — холодно сказал он. — Тебе определённо не стоило приводить свою жену. Тебе стоило просто провести бой на арене Юнион-сквер… а потом вернуться прямиком в Нью-Йорк.

— Таков и был план, бл*дь, — огрызнулся Ник. — Не я же дал себе самому по башке и украл свой чёртов яд, Алан.

Воцарилось молчание.

Всё ещё держа руки в воздухе, Ник обернулся через плечо на человека.

Риксон наградил его слегка озадаченным взглядом, но по-прежнему целился из пистолета ему в лицо.

Ник подумывал развить эту тему, но потом решил, что это неважно.

— Почему Дас? — спросил Ник. — Зачем, бл*дь, ты натравил своих новорождённых на него?

Подумав о том, что он нашёл на том дворе в Пасифик-Хайтс, Ник поморщился. Когда он заговорил в следующий раз, его голос окрасился отвращением.

— Они убили их обоих, — сказал он. — Они тебе сообщили об этом? Ты оставил тех детей сиротами. Конечно, план был не таким, да? Они убили бы и детей тоже, если бы у них было побольше времени. Они кормились от них обеих, когда я туда добрался, Алан. Они едва не осушили маленькую девочку. Ей лет семь, а они…

— Заткнись! — прорычал Риксон. — Это твоя вина, Ник! Твоя! Если бы ты не пришёл в мой дом, атакуя меня этими чёртовыми вопросами… если бы ты сначала позвонил и дал мне шанс сообразить, что я буду говорить. Или хотя бы дал мне время нанять адвоката и посоветоваться с ним…

— Серьёзно? — фыркнул Ник. — Вот как ты оправдываешься?

— Отъе*ись! — человек снова грубо ткнул пистолетом в его спину. — Ты сделал всё хуже, Ник. Всё и так было ужасным. Случившееся в Нью-Йорке было ужасным. Ужасным, бл*дь, но это был несчастный случай. Ужасный, кошмарный несчастный случай, едва не стоивший мне всего… но это был несчастный случай.

— Несчастный случай? — Ник повернул голову, гневно посмотрев на него. — Серьёзно?

— Они напились, — сказал Риксон. — Не знаю, чья это была идея. Вампиры, которых доставил Убелис, избавились от камер видеонаблюдения в номере отеля…

— Иисусе, — Ник испытал некий ужас просветления, осознав, что понимает. — Они выпили это, да? Никто их не обращал. Они выпили свою же чёртову сыворотку с ядом.

— Они наблюдали за тестами много дней! Недель! Они напились. Они думали, что эта чёртова штуковина работает! Им сказали, что она работает!

Ник почувствовал тошноту.