— Только хранилище надежно защищено и хорошо охраняется, — добавил дознаватель. — Если не добыть ключ, то не всякая взрывчатка поможет. А ключ достать практически нереально.

— С этим разберемся, — сказал Корф.

— Как? — нахмурилась Матильда. — Шарахнем из гранатомета?

— Необязательно, — улыбнулась Ира. — Если я смогу пройти туда, то смогу помочь.

Воронцов откашлялся.

— Как только ты применишь силу, все артефакт слежения в округе сойдут с ума. Тихо не получится. А если артефакты зафиксируют, то в Кронверк слетятся все бригады ищеек.

— Вот мы и подошли к еще одному элементу плана, — удовлетворенно улыбнулся Корф и взглянул прямиком на Аню Грасс. — Чтобы они быстро не слетелись в Цейхгауз, нужно, чтобы в этот момент ищейки были заняты где-то еще. Чем-то очень громким и эффектным. Помнится, Анна Петровна, вы и ваши надеждинцы питали слабость к эффектным выступлениям. На этот раз вам придется превзойти самих себя и устроить по-настоящему громкое отвлекающее шоу.

Аня выслушала Корфа с кривой улыбкой. Стрельнув у Матильды сигариллу, она закурила и небрежно поставила локти на стол под неодобрительные взгляды хозяев.

— Значит, опять нас под пули бросаете? — она выдохнула дым в потолок и уставилась на Пистолетыча. — Что ж, ожидаемо.

— Напротив, — возразил шеф. — Самое пекло будет в Цейхгаузе. Там серьезно подготовленная охрана, да и строили хранилище на века. Очень рискованное мероприятие намечается. Вас же мы как раз отправляем подальше — похулиганьте вдоволь, оторвитесь, как вы умеете. Да, вас задержат. Да, будут травмы. Возможно, кому-то достанется очень серьезно. И все же ваши ребята отделаются легким испугом по сравнению с тем, что ждет группу в Цейхгаузе. Я бы не хотел напрасно жертвовать жизнями ваших людей. Особенно после того, что случилось вчера.

— Как будто вам есть до этого дело, — огрызнулась Аня.

— Есть, Анна Петровна, — спокойно ответил Корф. — Мне жаль, что часть ваших попала под раздачу. По-человечески жаль.

Казалось, Аню этот ответ удовлетворил. Грасс отхлебнула кофе и кивнула.

— Хорошо, я согласна. Если вы видите это так…

— Именно так и вижу, — не терпящим возражений тоном сказал Корф. — Полагаюсь на ваши фантазию и опыт.

— В таком случае мне понадобится выйти отсюда. Нужно незаметно нанести несколько визитов. Неплохо бы понять, кто вообще остался после вчерашних событий. Не исключено, что другие убежища тоже пострадали. Хотя сразу предупрежу, что мыслить нужно шире: если вы хотите устроить по-настоящему веселое представление, то одними нашими не ограничится.

Я рассеянно слушал разговор. В голове зудела зарождающаяся идея — щекотала мозги, билась о стенки черепа, но никак не оформлялась в предложение. Дурацкое состояние. Все-таки спать нужно больше.

Наконец я жестом попросил у Корфа утреннюю газету.

— Сегодняшняя?

— Да, пятничная. С блоком на выходные.

— Отлично.

Я схватил хрустящую и еще пахшую типографской краской газету. Не удержался и с удовольствием вдохнул этот запах — в моем старом мире почти перестали читать бумажную прессу.

— Что ты ищешь? — удивленно подняла голову Ира.

— Погодите… — я торопливо переворачивал страницы, ища нужный раздел. — Есть идея…. Сейчас…

Нашел!

Я развернул газету и разгладил листы на разделе спорта. Корф удивленно приподнял брови.

— Это еще зачем?

— Футбол! — я ткнул пальцем в таблицу с расписанием матчей. — В это воскресенье «Андреевский» принимает у себя московскую «Волхонку». Стадион будет забит под завязку. Это почти идеальное место, чтобы стянуть много сил правопорядка.

Грасс посмотрела на меня с уважением.

— А ты хорош, Соколов. Идея прекрасная. Только матч еще могут и отменить: в городе все же объявлено особое положение.

— Если отменят, тогда уж точно начнутся беспорядки, — отозвался Бестужев — кстати, ярый болельщик. — Матч-то ключевой… Еще и домашний. Если «Волхонка» выиграет, не видать нашим кубка. Так что отменять не станут, но контроль ужесточат. Пропуск по билетам, обыск, строгие правила поведения на трибунах…

Гавриил Петрович разочарованно вздохнул — видимо, мечтал попасть на этот матч, да теперь уже и не помышлял о такой удаче. Ну ничего, если Корф определит его приглядывать за Грасс и компанией, то может одним глазком и глянет на игру.

А футбол у нас в столице любили. Да и не только в столице — во всей империи. В Петрополе было три футбольных клуба, но всенародной любовью пользовался именно «Андреевский». Старейший, образованный Военно-морским университетом апостола Андрея Первозванного.

Футбол вообще интересно развивался в империи: все начиналось с соревнований команд высших учебных заведений, а затем переросло в большой спорт. Но бело-синие цвета Андреевского флага, в которые облачались игроки, стали одним из символов Петрополя. Так что «С нами Бог и Андреевский флаг!»