– Приемная Моргун. Занесите, пожалуйста, флешку для Юркина. С проектом.

– С тем самым? – переспросил Крючков.

– Видимо.

– Сейчас.

Аня снова пришла в шок от скорости сотрудников, вызываемых в приемную. Будто ходят через телепорт по этажам.

– Как вы так быстро приходите? – перепечатывала она с черновика протокол совещания.

Аня вскинула глаза на айтишника. Этот сто процентов выглядел как компьютерный хакер. Взъерошенный, сутулый, но руки не тонкие прутики. Его мышцы дружили с гантелями. В уголках глаз веером залегли плотные морщины. Такие только у очень добродушных людей встречаются, которые много улыбаются и смеются.

Кирилл протянул руку, и Аня машинально ее пожала, не переставая печатать. Она не поняла, что парень протянул флешку, а не руку. Стоило девушке коснуться теплых пальцев, случилось странное.

Вспышка.

Голову Ани прострелила чернота. Все исчезло, кроме ужаса. Она почувствовала жгучую боль в центре лба и точно такую же в центре правой ладони. Замелькали картинки:

Бита, отбивающая бейсбольную подачу.

Осколки стекла.

Плач ребенка.

Вой сирены.

Пальцы Ани в грязи и крови.

Она выпустила руку Кирилла, разливая остатки чая. Оттолкнулась от стола, отъехав на колесиках стула к противоположной стенке. Стул разогнался так быстро, что врезался в стеллаж с кофемашиной. По полу рассыпались капсулы и пакетики с сахаром.

Кирилл поспешил к Ане, чтобы помочь собрать.

– Голова разболелась? – растерялся айтишник, вертя между пальцев флешку. Не могла же она ударить девушку током?

Кирилл закинул все капсулы на столешницу и повернулся к Ане. Он все еще сидел на корточках возле ее ног.

– Вы как? Сделать кофе? – нажал он на кнопку «Эспрессо».

Двусторонний скотч под резинкой чулка сорвался с покрывшейся испариной кожи Ани. Чулок соскользнул, сложившись гармошкой вокруг щиколотки. Кирилл проследил за полетом капрона и поднял на новенькую сотрудницу глаза. Редкие веснушки на переносице, тонкая шея, затуманенный взгляд медовых глаз, почему-то жутко грустных. Чем-то напуганных.

К сожалению, в приемной Моргун других взглядов у ассистенток не было.

– Я тебя знаю? – спросила Аня.

В этот момент в дверь приемной вошел Береговой. Безопасник увидел айтишника на коленях возле Смирновой с ее упавшим чулком и их озабоченные, будто застуканные за непристойностями, лица. Кофемашина прожужжала отработанной капсулой, ставя кряхтящую точку в повисшей тишине. «Она предпочитает крепкий чай», – пронеслась мысль в голове Берегового.

Аня развернулась на стуле к Косте и закинула ногу на ногу, демонстрируя, что ничего «такого» не произошло.

– Приветствую, – кивнул безопаснику Крючков.

Он наконец передал злосчастную флешку Ане:

– На ней единственная папка. А ответ на твой вопрос, знакомы ли мы, – пока нет.

– Спасибо, тебе Кирилл. Я тебе еще наберу.

Она специально обратилась к нему на «ты» дважды и добавила про звонок. Их небольшой этюд с оголенной ногой в чулке вызвал на лице Берегового недоумение и ступор, и почему-то эта его эмоция сильно понравилась Ане.

– Что вы хотели, Константин? – равнодушно спросила она, возвращаясь к своему рабочему столу и протоколу, отмечая дистанцию между ними местоимением «вы».

Он зачем-то встал рядом, делая вид, что щелкает по папкам рабочего стола.

– Сзади тебя на стене камера, – произнес безопасник. – Они по всему холдингу. Небольшие, сразу не заметишь. Вмонтированы в рамки рекламных постеров.

Береговой стоял совсем близко к Ане. Она почувствовала от него запах сухой травы, какой бывает посреди летнего луга, а может быть, это был запах скошенного сена. Не парфюма, а самого настоящего полевого разнотравья. Лаванда, календула, полынь…

«В стогу сена он, что ли, прячется, чтобы за сотрудниками следить через свои камеры!»

– Ты пришел, чтобы предупредить меня о камерах? Зачем?

– Записки от бывшей ассистентки аккуратней по карманам ныкай. Заметил бы Шмарко, ты бы вылетела следом за Мариной.

Он увидел, как заалели уши Смирновой.

– Может, я хочу вылететь. Это дурдом, а не офис. Моргун попросила вызвать сотрудника, чтобы его помучить. Три часа прошло. Он до сих пор там!

Константин держал лицо прямо, но его глаза повернулись к Ане.

– Хорошая идея. Уходи.

– Чего?

– Увольняйся.